Почему сланцевая революция ничем не грозит Владимиру Путину

Новые технологии добычи газа вряд ли сильно уменьшат доходы российского бюджета, так что деньги на хлеб и зрелища у властей найдутся.

Сейчас, когда рост российской экономики остановился, рубль покатился вниз, а вывоз капитала стал интенсивнее (по прогнозу Минэкономразвития, в первом квартале «утечет» $35 млрд по сравнению с $28 млрд год назад), кажется, что окончательно «стабилизированная» страна скоро вкатится в новый конец 1980-х. Нефтегазовые богатства России, как и тогда, скоро станут никому не нужны: сланцевая революция же! А еще Ирак вместе с Ираном скоро затопят весь мир дешевой нефтью!

Казалось, такое развитие событий могло бы привести не только к экономическим неприятностям для всех, кто живет в России, но и к скорому падению вороватого режима, который без «нефтеденег» жить не умеет и быстро скукожится.

Но не стоит ни бояться, ни надеяться. Похожая на зомби Россия, в которой можно неделями обсуждать церемонию на стадионе, а потом фигурное катание и реакцию на него одного сатирика – нет ведь других новостей! – может, хромая, тащиться своим нынешним бесцельным путем еще долго.

Деньги никуда не денутся, зомби их хватит.

Человеческий мозг плохо справляется с большими числами. Например, многих возмущает, что сочинская Олимпиада обошлась в $50 млрд. ВВП России за семь лет с 2007 года, когда страна получила право на Олимпиаду, составил $10,6 трлн, а доходы консолидированного бюджета — примерно 20% от этой суммы. Олимпиада обошлась в 2,4% от этих доходов. Представьте себе, что вы отдали 2,4% своих налогов (на самом деле гораздо меньше: платили в бюджет ведь не только частные лица, но и компании) на сочинскую гала-вечеринку. Допустим, вы все семь лет зарабатываете 300 000 рублей в месяц, платите подоходный налог 13%, а все оставшиеся деньги тратите на товары и услуги, облагаемые НДС по ставке 18%. В таком случае вы заплатили за Олимпиаду, за все семь лет, порядка 173 000 рублей, или порядка 2000 рублей в месяц. Решайте сами, стоило ли оно того, но вас не очень сильно ограбили, только чуть-чуть.

Та же история и со «сланцевой революцией». Центр устойчивого развития парижской школы общественных наук Sciences Po (той самой, где сейчас преподает экс-ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев) только что выпустил доклад, в котором убедительно показано, что хоть бум нетрадиционной добычи и выглядит впечатляюще, американской экономике он почти ничего не дал.

Да, добыча природного газа в США с 2005-го по 2013 год выросла на 33%, до 680 млрд кубометров в год, — это, между прочим, примерно на 40% больше добычи «Газпрома». А добыча сланцевой нефти увеличилась и вовсе на 1000%, до 3,5 млн баррелей в день (это больше трети всей российской нефтедобычи). То есть это действительно переворот в американской энергетике.

Но в гигантских масштабах экономики США — так, приятная мелочь.

Томас Спенсер и его соавторы из Sciences Po подсчитали, что, несмотря на падение цен на газ, вызванное сланцевыми проектами, цены на электричество для американцев за 2005-2013 гг. выросли на 25%. На конкурентоспособность американской промышленности «революция» если и повлияла, то не сильно: торговый дефицит США по категории промышленных товаров с 2006-го по 2012 год вырос с $662 млрд до $779 млрд. Дело в том, что отрасли, которые потребляют много газа, производят только 1,2% ВВП США.

Спенсер предсказывает, что до 2035 года добыча сланцевых газа и нефти будет приносить Америке всего 0,04% ВВП дополнительного экономического роста в год. Так что кому революция, а кому и капля в море.

Эксперты из Science Po поэтому советуют европейцам – основным клиентам «Газпрома» – не очень-то рассчитывать на сланцевые проекты. Они предсказывают, что к 2035 году нетрадиционные методы добычи будут покрывать лишь от 3-х до 10% потребности Евросоюза в природном газе. Если экономика ЕС в следующие 20 лет будет расти, вырастет и ее потребность в импортном топливе — то есть, в конечном счете, в нашем.

Почему не в американском? Все ведь говорят про американский сжиженный газ, который теперь можно везти в Европу?

По данным Международного энергетического агентства, в Европе американский сжиженый газ может стоить, в переводе на понятные нам единицы измерения, около $370 за 1000 кубометров. Это дешевле, чем «Газпром» берет с некоторых центрально- и восточноевропейских стран, но до них надо еще доставить сжиженый газ: там нет морских портов. У «Газпрома» себестоимость добычи 1000 кубометров — меньше $40, доставка до границы Чехии стоит еще $30-55, в зависимости от трубопровода. Иначе говоря, даже конкуренция со стороны американских поставщиков сжиженного газа оставляет «Газпрому» огромное пространство для ценового маневра. Он, конечно, жадный и неповоротливый, но пространством этим непременно воспользуется в случае надобности.

Интересно, что Владимиру Путину про все это давно доложили: в середине прошлого года он говорил, что для мирового газвого рынка особенных изменений он не замечает и что американцы не станут продавать сжиженный газ в Европе дешевле $400 за 1000 кубометров.

С нефтью все так же стабильно.

Ирак и залил бы ею мировой рынок, но ему это невыгодно. МВФ еще в прошлом году предупредил эту страну, что ее бюджет, на 93% состоящий из поступлений от нефтеэкспорта, балансируется только при цене $106,1 за баррель. Иран, в свою очередь, во-первых, еще не освободился от международных санкций, а если освободится, то будет иметь дело с той же проблемой. В бюджет 2014 года Хасан Рухани заложил добычу на уровне 1,5 млн баррелей в день, в полтора раза больше, чем сейчас. Мировой рынок такой прирост не обвалит.

Даже если вся остальная экономика в России будет потихоньку вянуть в связи с ускоренным превращением страны в зомби, с нефтегазовой половиной бюджетных доходов ничего в обозримом будущем не случится. Будут деньги и на новые зрелища и, в целом, на хлеб. Пусть поменьше, но новые восьмидесятые Путину не грозят. Все-таки ему невероятно повезло. Гораздо больше, чем нам с ним.

Леонид Бершидский, колумнист Forbes