Замминистра финансов РФ Алексей Моисеев: Пока мир верит доллару — нового кризиса не случится

14.11.2011 05:23

Почему Россия хранит свои резервы в иностранных активах, что будет с ростом цен и курсом рубля

Кого выручает печатный станок

— Нас то и дело пугают второй волной кризиса. А из окон Минфина что видно — будет он или нет?

— Новый глобальный кризис мог наступить в августе — сентябре прошлого года, действительно была опасность финансовой дестабилизации. Но правительства и центробанки ведущих стран приняли ряд важных решений, и сейчас такой угрозы нет.

В 2008 году кризис начался в США из-за того, что частный сектор перестал покупать ипотечные облигации. Американское правительство и Федеральная резервная система сказали: раз частный сектор не покупает эти бумаги, мы сами будем это делать.

То же самое в Европе: ЕЦБ принял решение выкупать облигации проблемных стран.

— То есть кризис власти заливают деньгами, включив печатный станок на полную мощность. Разве это выход?

— Теоретически так делать неправильно. Мы знаем из опыта нашей страны образца 1990-х: когда Центробанк покупает обязательства государства, в конечном итоге это приводит к инфляции и девальвации национальной валюты.

Но мы помним и другой опыт, когда во второй половине 1980-х советское правительство закрывало дыры в бюджете масштабной эмиссией Госбанка СССР. Это было возможно, потому что советские граждане были уверены в рубле, у них попросту не существовало альтернативы. И это и помогало в течение многих лет поддерживать финансовую стабильность в стране.

Точно так же сейчас происходит в Великобритании, Швейцарии, США. Никому в голову из рядовых американцев или англичан не придет пользоваться другими валютами.

— Все держится только на доверии к основным валютам?

— Есть еще одна причина, почему этот способ работает. Альтернативы нет не только у простых граждан, но и у стран, которые накапливают резервы. Допустим, Китай, Бразилия, Россия или Япония сейчас скажут: «Нам не нравится американская денежная политика, мы продадим все американские облигации». Но обменять их будет практически не на что, в мире просто не существует другого предложения в столь большом объеме. Чем и пользуются наши коллеги. «Вы же не хотите, чтобы у нас была дестабилизация?» — спрашивают они. Мы не хотим, потому что знаем: их кризис больно бьет и по нам. «Ну, значит, давайте продолжать делать то, что мы начали», — говорят зарубежные коллеги.

По сути, сейчас центробанки и правительства ключевых стран являются гарантией отсутствия кризиса. И выбранный ими способ поддержания стабильности может работать долго.

— Но ведь и водку можно пить каждый день, если здоровье крепкое, но когда-то оно обязательно пошатнется!

— До тех пор пока в мире не пропадет уверенность в долларах, фунтах и швейцарских франках, никакого кризиса не будет. Необходимая рамка для стабилизации ситуации построена. Кризис может произойти оттого, что кто-то этой рамкой будет злоупотреблять и в какой-то момент она перестанет работать. Когда перестанет — никто не знает, в этом самая большая проблема. Но пока никакого кризиса не просматривается.

Идти или топтаться

— В России последнее время спад производства — в строительстве, в сельском хозяйстве, снижаются инвестиции. И некоторые экономисты говорят, что «ползучий» кризис у нас уже начался. Что вы им ответите?

— Кризис — это в первую очередь макроэкономическая дестабилизация. Никаких ее признаков у нас нет. Есть некоторое замедление темпов экономического роста. Это происходит на фоне резкого торможения в мире. В Китае, например, самые низкие темпы роста за последние 10—15 лет. В Европе, по всей вероятности, рецессия, а Европа — наш самый большой экономический партнер.

С другой стороны, замедление для нас неизбежно: Россия из догоняющих выходит на уровень более развитых стран. За последние 10 лет мы стали жить богаче, и если сравнивать с другими странами группы БРИКС (Бразилия, Россия, Индия, Китай, ЮАР), то, например, по уровню доходов населения мы впереди их всех, а крупные города могут уже и с Западной Европой сравниваться.

И здесь есть плюсы и минусы.

— А минусы в чем?

— В том, что догоняющее развитие закончилось и экономический рост для нас уже перестал быть легкой прогулкой. Каждый дополнительный процент мы сможем получать только от повышения эффективности. А для этого нужны структурные реформы.

— С чем связан непрекращающийся отток капитала из России?

— Отток капитала — это некое измерение тех средств, которые у нас есть и которые в России не инвестируются. Например, компании, работающие на экспорт, оставляют большую часть вырученных денег за границей, потому что наша финансовая система не может их переварить, нет условий и возможностей для их размещения.

Кроме этого, есть масса бизнесменов, владеющих каким-то производством, оно нормально работает, приносит прибыль, но что касается развития, тут владельцы рассуждают, как мультяшный кот Матроскин: а зачем нам столько гуталина?

— Странно рассуждают.

— Потому что развитие бизнеса связано с целым рядом вопросов: нужны производственные площади, земля, а она дорогая. Нужны новые рабочие, а их нет, у нас сейчас самая низкая безработица за последние 10—15 лет. Да, есть депрессивные регионы, где с занятостью не все в порядке, но в России люди не могут просто так взять и переехать в другой регион, как это делают в тех же Штатах.

— Но трудовая мобильность — это скорее вопрос не бизнеса, а государства.

— Вот это как раз то, о чем я говорю: чтобы экономика могла генерировать и переваривать больше инвестиций, она требует структурных изменений. Сумеем их провести — будем расти, нет — останемся топтаться на месте.

Инфляция и кредит

— В последнее время много споров вокруг ставки рефинансирования Центробанка. Она высока, а значит, и кредиты стоят дорого. Может экономика в таких условиях развиваться?

— Тут я могу высказываться исключительно как эксперт, потому что Банк России в вопросах кредитно-денежной политики независим. Стимулировать нужно инвестиции. И делается это, как ни странно, высокими процентными ставками.

В США до начала Рейганомики процентная ставка долгое время сохранялась низкой, но это подстегивало только инфляцию. Когда же в конце

1970-х годов сменился председатель ФРС и резко поднял ставку, начался экономический рост, причем на новой технологической основе. То же самое сделали в Дании, Британии и получили тот же результат.

Я не призываю поднять ставку, но если экономическая теория верна, то она говорит о том, что ставка должна быть выше инфляции. Потому что нам нужны длинные инвестиции. А инвесторам необходима уверенность в макроэкономической стабильности, в том, что не будет инфляции.

Прогноз

Плавающий курс рубля — наша защита от нестабильности

— Алексей Владимирович, а с курсом рубля что будет происходить?

— У нас будет снижаться инфляция, оставаться стабильной процентная ставка, а валютный курс будет колебаться. И в этом нет ничего плохого, потому что это защита нашей экономики от той нестабильности, тех процессов, которые происходят в мире.

— Но народ у нас привык следить за курсом, и когда он скачет вверх-вниз, как-то неуютно становится.

— Для тех, кто живет и работает в России, получает зарплату в рублях, переживать не о чем. Копите деньги в той валюте, в которой получаете. А если вы планируете отпуск или учебу за границей — откладывайте валюту. Правило не новое, но лучшего пока никто не придумал.

Беседовал Валерий БУГАЕВ