ВШЭ дала рецепт обновления российской экономики

22.02.2012 22:06

Драйверами новой модели экономики станут две набирающие влияние группы: научившийся жить в рыночных условиях бизнес и продвинутые региональные элиты

Формирование новой модели роста невозможно без опоры на частную инициативу и развитие рыночных институтов, говорится в докладе Высшей школы экономики, подготовленном Евгением Ясиным, Натальей Акиндиновой, Андреем Яковлевым и Львом Якобсоном к ежегодной конференции ВШЭ. Мир переходит к постиндустриальной стадии развития, где фактором роста становятся инновации, а они невозможны без свободы и конкуренции. При сохранении традиционной — сырьевой — модели темпы экономики России будут затухать и сократятся до 2% уже в ближайшее время. Необходимо включать иные факторы и институты, говорится в докладе. «Нужно наделить граждан дополнительными возможностями и одновременно дополнительной ответственностью: мы без этого решить проблемы не сможем», — уверен Евгений Ясин.

Ответ Глазьеву

Кризис 2008—2009 гг.

 показал, насколько иллюзорной была уверенность, что российская экономика нашла свой новый путь, и разочарование развернуло дискуссии и поиск иных сценариев. Сценарий, представленный помощником президента Сергеем Глазьевым, критиковал докризисную монетарную политику за излишнюю жесткость: Глазьев предложил увеличить необеспеченную эмиссию, смягчить бюджетное правило, направить госресурсы на инвестиции.

На самом деле политика 2000-х была достаточно умеренной — «образцом монетаризма» она кажется только сторонникам экспансионистской модели роста, отвечают Глазьеву эксперты ВШЭ: нынешнее замедление связано не с ослаблением монетарного стимула, а с фундаментальными факторами, технологическими (исчерпание потенциала роста добычи нефти, технологическая отсталость) и институциональными (недостаток конкуренции, избыток бюрократии). В этой ситуации если и усиливать бюджетный рычаг, то с расчетом на долгосрочный эффект, а госинвестиции им не обладают. Согласно расчетам авторов, рост госрасходов на 1% ВВП увеличивает рост экономики в первый год на 0,74 процентного пункта, а на третий год — всего на 0,19. В то же время повышение эффективности госзакупок повышают рост на 0,5—0,6 п. п. ежегодно — и этот результат устойчив; повышение качества базовых государственных институтов хотя бы на 1 балл по шкале IMD (Венская школа менеджмента) — при том что от развитых стран Россия отстает на 3—4 балла — добавит ВВП 0,31 п. п. Кроме того, согласно исследованию РАНГиГС, от недостаточного уровня конкуренции Россия теряет ежегодно 2,5% ВВП.

Ответ Минэкономразвития

Ученые раскритиковали и сценарии долгосрочного развития — прогноз-2030, подготовленный Минэкономразвития и утвержденный в конце марта правительством. Инновационный вариант должен бы содержать оценку масштаба необходимых институциональных реформ — именно формирование новых институтов должно стать ядром предстоящей работы. А этого в прогнозе не просматривается, сомневаются эксперты ВШЭ. В форсированном варианте главными драйверами роста выступают повышенные госрасходы, решения «сверху», ничем не поддержанные институционально. Словом, форсированный сценарий Минэкономразвития фактически мало чем отличается и от их же консервативного плана, и от предложений Глазьева.

Авторы доклада ВШЭ предлагают пять главных решений, которые обеспечат экономике устойчивый рост: верховенство права; перестройка взаимоотношений между бизнесом и правосиловым блоком; расширение полномочий местного самоуправления; социальные реформы; создание условий для свободной политической конкуренции.

Новый бизнес, новые элиты

За обобщенными показателями относительно низкой производительности, эффективности и конкурентоспособности российских предприятий на самом деле скрываются разные цифры: в одной и той же сфере разрывы между компаниями, например, по производительности достигают 11—24 раз. Наиболее успешные компании могут стать базой для новой модели экономического роста, но для этого должны быть достаточные стимулы. Здесь все снова упирается в инвестиционный климат, и его улучшение требует, в свою очередь, «правильных стимулов» для госаппарата.

Обычно — в развитых обществах — стимулами для госаппарата выступают политическая конкуренция и давление со стороны гражданского общества. В России пока и то, и другое развито незначительно. Необходимые стимулы могут возникнуть благодаря конкуренции между регионами, считают авторы: «правильные стимулы» для госаппарата в российских условиях — это децентрализация (предполагающая не просто механическую передачу регионам части доходов, но и реальное расширение автономии) и возвращение к федерализму.

Переориентация элит с распределения ренты на продуктивную деятельность — вопрос не политической воли, а нового договора, считают авторы. Сегодняшние правила формировались федеральной элитой, силовиками и приближенным к государству бизнесом; в нынешней ситуации необходимо включение в процесс переговоров новых участников — эффективного среднего бизнеса и региональных элит. И третий важный элемент новой модели экономики — гражданское общество: именно оно способно обеспечить прочную основу институциональным изменениям, благоприятствующим росту экономики, заключают авторы доклада.

«Поддерживаю Евгения Григорьевича [Ясина]», — поделился впечатлением от доклада бывший вице-премьер Алексей Кудрин. Для России рост на 3% — это стагнация, а она уже вплотную подошла к этой черте — в 2013 г. и за 3% придется побороться, сказал Кудрин. Уже невозможно развивать экономику на основе вертикали власти и дирижистских решений, считает он: «Если мы понимаем, что наш ВВП на душу населения вдвое ниже, чем в развитых странах, — значит, надо играть по правилам рыночной экономики. Требуется модернизация, связанная с улучшением положения человека, его возможностями раскрыться не по блату, не по искаженным социальным лифтам, а в силу собственных способностей. Очевидно, что такое общество — это общество с очень сильным гражданским элементом».

Ольга КУВШИНОВА