Управлять ЦБ наймут неожиданность

22.08.2012 07:23

Владимир Путин пообещал, что она не будет пугающей

Президент Владимир Путин объявил, что определился с кандидатурой будущего главы Банка России — он отказался назвать имя, заявив лишь, что его выбор может выглядеть «неожиданным». Вряд ли в текущей экономической ситуации реальная неожиданность в кадровых вопросах ЦБ безопасна. Впрочем, риторика, сопровождавшая заявление главы государства, позволяет предположить, что новый глава ЦБ придерживается взглядов на роль регулятора, непринципиально отличающихся от команды уходящего главы Банка России Сергея Игнатьева.

Место и время, которое Владимир Путин выбрал, для того чтобы сообщить о завершении выбора будущего кандидата на пост главы ЦБ (напомним, его утверждает Госдума), выглядело достаточно необычным: о том, что с преемником Сергея Игнатьева для представления парламенту уже определились, Владимир Путин сообщил 7 мая в Вологде, где проводилось совещание по вопросам развития легкой промышленности и обеспечения ее сырьем. Сами по себе темы были достаточно интересными: представители отрасли обсуждали преимущественно с министром промышленности Денисом Мантуровым и помощником президента Эльвирой Набиуллиной практически трехкратное подорожание в 2010—2012 годах импортируемого хлопка при продолжении бума и сохранении высокой рентабельности в текстильной и легкой промышленности (см. «Онлайн»).

Пока поручения президента по этому совещанию не обнародованы — но уже после него Владимир Путин, кратко отвечая на вопросы СМИ, неожиданно заявил о том, что у него есть кандидатура нового главы ЦБ, и, отказавшись назвать имя, дал несколько связанных с этим комментариев по макроэкономической ситуации в РФ.

Уже сам по себе факт завершения кандидатской гонки вокруг ЦБ достаточно важен: нынешний глава Банка России должен покинуть свой пост до июня 2013 года, и в течение ближайших трех месяцев борьба вокруг кандидатуры нового главы банковско-финансового регулятора выглядела как дестабилизирующий фактор для всего рынка. Напомним, «кастинг» нового главы ЦБ начался в октябре-ноябре 2012 года; исключительно неофициальная информация о кандидатах появлялась два раза — из высокопоставленных источников в Белом доме, которые констатировали возможность выбора преемником главы ЦБ первого зампреда Банка России Алексея Улюкаева, бывшего вице-премьера Алексея Кудрина или главы ВТБ 24 Михаила Задорнова. В феврале появилась информация агентства Reuters, не подтвержденная и не опровергнутая официально, о других потенциальных кандидатах — среди них советник президента Сергей Глазьев и председатель совета директоров «Норильского никеля» Андрей Бугров, до 2002 года работавший в системе Всемирного банка, а позже — в структурах «Интерроса».

Слова Владимира Путина, подтверждающего «неожиданность» кандидатуры, избранной им в качестве будущего главы ЦБ, нервозности ситуации лишь добавили. Появление в «широком списке» кандидатов, не являющихся выходцами из системы Минфина и ЦБ, а тем более господина Глазьева, заранее объявившего о подготовке к марту 2013 года вместе с экс-сенатором Глебом Фетисовым и академиками РАН доклада о необходимых радикальных изменениях в денежно-кредитной политике, выглядело для рынков вероятностью резкой дестабилизации ситуации. Риторика господина Глазьева в основе своей схожа с концептуальными подходами Минэкономики к стимулированию экономического роста (основные оппоненты этих подходов во власти — Минфин и ЦБ), но на один-два порядка агрессивнее и провокационнее.

Впрочем, дальнейшие комментарии Владимира Путина 7 марта, очевидно, давали понять, что, несмотря на грядущую «неожиданность», резкой смены политики ЦБ ожидать не приходится. Так, президент заявил о том, что прямым мандатом Банка России не является поддержание экономического роста («у ЦБ все-таки есть свои специальные задачи, и, подталкивая ЦБ к такой совместной работе, мы не должны его перегружать функциями, ему не свойственными») и правительство предпочитает использовать собственные финансовые ресурсы (вне ЦБ) — такие как меры поддержки российской экономики, но не вынуждать Банк России снижать ставки («ставки ЦБ — это только ориентир»). Де-факто это ответ министру экономики Андрею Белоусову, за несколько часов до этого в Москве заявившему о желательности смягчения денежно-кредитной политики ЦБ в виде продления срока рефинансирования по кредитам с года до трех. Напомним, деятельность ЦБ в течение многих месяцев заключалась в стабилизации сейчас достаточно мягкой денежно-кредитной политики с ее ужесточением по отдельным направлениям и в анонсировании более жестких ограничений в рамках принятия с апреля текущего года части стандартов «Базеля-3». При этом Владимир Путин объяснил «мировой конъюнктурой» стагнацию в экономике РФ в последние месяцы, что по идее также противоречит версии оппонентов ЦБ и Минфина о том, что происходящее — эксцессы антиинфляционной политики ЦБ и роста реального курса рубля.

Так или иначе, вероятность того, что вероятного преемника Сергея Игнатьева рынкам придется ждать не несколько месяцев, а несколько недель или дней, увеличивается.

Дмитрий БУТРИН