Укрощение активов

27.03.2013 10:56

Если к тебе пришел «Сбербанк капитал», значит, ты сам создал себе проблемы, считает один из тех, кто имел с ним дело. После встречи со «Сбербанк капиталом» бизнес почти всегда меняет собственника, а собственнику иногда приходится менять место жительства

Бизнесмен Михаил Безелянский говорит, что отношения между кредиторами и должниками в России регулируются законом джунглей: «Если [у кредитора] есть силы нажать [на должника], то он нажимает, если есть силы посадить — садит». Выходцу из «Альфа-эко», в 1990-е основавшему ТД «Перекресток», в 2010 г. пришлось отдать Сбербанку за долги свой бизнес — сеть «Мосмарт». Тривиальная история для кризисных времен: большие банковские кредиты, дефолт по облигациям и нет возможности платить по счетам. Сеть сперва отошла специализированной «дочке» Сбербанка по управлению проблемными активами — компании «Сбербанк капитал», а потом прекратила существование.

Владельцы «Мосмарта» — Безелянский и его партнер со времен «Альфа-эко» Андрей Шелухин, можно сказать, отделались малой кровью. Некоторые другие бизнесмены, задолжавшие Сбербанку в кризис и столкнувшиеся со «Сбербанк капиталом», скрываются за границей или сидят в тюрьме, проклиная госбанк и обвиняя его «дочку» в рейдерстве. Безелянский же считает, что «Сбербанк капитал» всего лишь ведет дела «в традициях, принятых в Москве» и признает: «Если «Сбербанк капитал» напал на кого-то, значит, этот кто-то сам создал себе проблемы».

Инвестколлектор

Гендиректор «Сбербанк капитала» Ашот Хачатурянц вспоминает, что, когда компания создавалась, про управление проблемными активами речь не шла. Сбербанку, по его словам, требовалось инвестиционно-банковское подразделение. «Зачастую крупные корпоративные клиенты нуждаются не только в организации кредитования, но и в привлечении дополнительных инвестиций или, например, в правильной организации той сделки, под которую привлекался кредит. Таким образом, для банка это дополнительный заработок и лояльность клиентов. Ранее эти инструменты были для него недоступны», — объяснял в интервью «Ведомостям» Хачатурянц через год после создания «Сбербанк капитала».

«Компанию зарегистрировали в июле 2008 г. [как 100%-ную «дочку» Сбербанка], Ашот Хачатурянц вступил в должность в сентябре, и в октябре начали набирать команду, — вспоминает заместитель Хачатурянца Дмитрий Беленов. — У нас не было своего офиса. И вот я сидел с ноутбуком в своей машине, припаркованной около центрального офиса Сбербанка, работал с документами, а потом приносил их на флешке в банк. Потом нам выделили небольшой офис в банке».

Кризис 2008 г. смешал все карты, и вместо воспитания лояльности в клиентах «Сбербанк капитал» занялся прямо противоположным делом, став, по сути, коллекторским агентством и страшным сном нерадивого должника Сбербанка.

Хачатурянц вспоминает историю, произошедшую вскоре после создания «Сбербанк капитала». Осенью 2008 г. у Шалвы Чигиринского наступили margin calls по кредиту Сбербанка, выданному под залог 23,3% акций его компании Sibir Energy. «Чигиринский пришел к нам и предложил структурировать кредит по английскому праву. Мы еще не успели сказать «да», как он прибежал в администрацию президента и начал жаловаться, что мы все в офшоры хотим забрать, — рассказывает Хачатурянц. — И чем все закончилось? Он не захотел отдавать деньги, в результате все потерял. Мы смогли в итоге продать эту компанию «Газпром нефти» и вернуть Сбербанку $1 млрд».

Для обозначения состояния заемщиков в Сбербанке придумали специальный «светофор», рассказывает Беленов, зеленый цвет — заемщик без проблем, заемщик с незначительными проблемами — желтый, заемщик, находящийся в предбанкротном состоянии, — красный и банкрот — черный. В кризис, если у красного или черного заемщика был какой-то живой бизнес или активы, то к работе с ним подключали «Сбербанк капитал».

Заходим

По словам Беленова, всем проблемным заемщикам предлагалась одинаковая схема: должник отдает «Сбербанк капиталу» контрольный пакет за символическую сумму с возможностью его обратного выкупа, а банк списывает с него долги.

Но должники не всегда на это соглашались.

Беленов приводит в пример двух заемщиков (послушного и строптивого) — производителя упаковки «Готэк» и производителя щебня «Павловскгранит». «Один регион, одно управление Сбербанка выдавало кредит, примерно одинаковая сумма долга, одинаковое предложение было сделано владельцам, — рассказывает Беленов. — «Готэк» согласился. По «светофору» Сбербанка, «Готэк» был черным заемщиком, а сейчас зеленый или желтый, ведет переговоры о слиянии с одним из международных игроков. Ничто не мешало собственнику «Павловскгранита» поступить так же». Но основной владелец «Павловскгранита» Сергей Пойманов отказался передавать банку контроль.

Одна из компаний Пойманова — «Павловскгранит-инвест» перед самым кризисом, в августе 2008 г., взяла кредит на 5,6 млрд руб. в Центрально-Черноземном Сбербанке под залог «Павловскгранита», а в 2009 г. не смогла платить по долгам. Кредитный комитет Сбербанка решил реструктурировать долг «Павловскгранит-инвеста». Структура Пойманова должна была передать «Сбербанк капиталу» 51% акций «Павловскгранита» (за 1 млн руб., уточнил «Ведомостям» сам Пойманов). Взамен Сбербанк снимал с «Павловскгранит-инвеста» долг и переоформлял его на «Павловскгранит». Платежи по кредиту начинались через два года — до лета 2011 г. новый заемщик получал кредитные каникулы, а ставка снижалась с 15 до 14,75%.

«Мы всегда предлагали собственникам возможность обратного выкупа акций, когда срабатывали заранее согласованные ковенанты, например соотношение долга к EBITDA достигало определенных значений. Это «окно возможностей» всегда юридически оформлялось», — говорит Беленов. В случае с Поймановым «окно» также фигурирует в протоколе заседания кредитного комитета банка: «Предоставить право обратного выкупа 51% акций ОАО «Павловскгранит» по цене приобретения данного пакета акций ООО «Сбербанк капитал» плюс 350 млн руб. в случае погашения 2/3 задолженности по кредитному договору или достижения соотношения показателя Debt/EBITDA, равного 3, по данным консолидированной отчетности группы компаний должника, подтвержденным аудиторами».

Пойманов отказался. Он объясняет, что его смутила полная потеря контроля над предприятием на два года: «При переговорах выяснилось, что, получив 51% акций «Павловскгранита», «Сбербанк капитал» заменит там совет директоров: «Неизвестно, в каком состоянии я получил бы предприятие назад». Но это необходимость: «Сбербанк капитал» входит в органы управления, «чтобы в рабочем порядке, не дожидаясь отчетности, понимать, клиент двигается в рамках утвержденного бизнес-плана или нет», объясняет Беленов.

Когда Пойманов отказался, «Сбербанк капитал» пошел в суды. Первые 36,37% акций «Павловскгранита» были списаны со структур Пойманова в мае 2011 г. «Ведомости» ознакомились с отчетом Счетной палаты, посвященным «Сбербанк капиталу», кредитными договорами Сбербанка и другими документами, из которых следует, что этот пакет «Павловскгранита», а потом и остальные его акции вместе с долгами Пойманова достались структурам, связанным с Национальной нерудной компанией Юрия Жукова. Сбербанк же и перекредитовал нового собственника «Павловскгранита».

Похожих конфликтных историй у «Сбербанк капитала» было немало (см. врез).

Управляем

Опасения Пойманова, что «Сбербанк капитал» не справится с управлением, возможно, были небезосновательны. Об этом свидетельствуют истории, произошедшие с торговыми сетями, которыми управлял «Сбербанк капитал»: «Алпи», «Мосмарт» и «Вестер».

Торговая сеть «Мосмарт», которую основали Безелянский и Шелухин, была должна Сбербанку 3 млрд руб., и к работе с этим долгом банк подключил «Сбербанк капитал». «Мосмарт» входил в список предприятий, которые могли получить господдержку в кризис. Но, вспоминает Безелянский, инвесткомпании понравились магазины «Мосмарта» как объекты недвижимости, «в бизнесе она мало что понимала».

По обычной схеме собственникам «Мосмарта» предложили передать контрольный пакет «Сбербанк капиталу», они долго не соглашались. Переговоры длились целый год, вспоминает Безелянский, «до тех пор пока компания не умерла, а когда умерла, то они принялись ею управлять». Пока шли переговоры, работа «Мосмарта» была практически парализована — поставщики, которым перестали платить, один за другим подавали иски в суд.

В июне 2009 г. сеть численностью в 25 магазинов перешла под контроль «Сбербанк капитала» — он получил 50% плюс 2 акции, около 40% осталось у Безелянского и Шелухина, еще 10% перешло компании члена совета директоров АФК «Система» Евгения Новицкого.

Часть магазинов «Мосмарта» продали почти сразу как объекты недвижимости. К осени 2009 г. восстановили отношения с поставщиками, сеть начала работать и активно кредитоваться в Сбербанке. «Сбербанк всегда декларировал, что у него два ресурса — временной и денежный. Сбербанк может ждать и год, и два, и десять и «долить» в любой момент в любой бизнес любую сумму — в кризис он получал залоговые кредиты по линии ЦБ», — рассказывает Беленов. В случае с «Мосмартом», похоже, «перелили» — долг сети перед Сбербанком вырос до 12 млрд руб. Но все это не помогло — в 2011 г. сеть перестала существовать, ее остатки в виде семи гипермаркетов (четыре в собственности, три в аренде) продали владельцу «Седьмого континента» Александру Занадворову за символические $1000.

Как же это могло быть, что долг вырос вчетверо? «Часть денег ушла на расчеты с поставщиками, остальные — на операционную деятельность. Если совсем грубо, прожрали», — говорит один из бывших менеджеров «Мосмарта».

От «Алпи», доставшейся «Сбербанк капиталу» в числе первых его активов, избавились еще раньше — от греха подальше, вспоминает Хачатурянц. Поездку в Сибирь на объекты сети он помнит до сих пор: «Мы приехали на предприятие и выяснили, что с территории не был вывезен аммиак (в одном из торговых центров охлаждающие установки и системы кондиционирования были старые и работали на аммиаке. — «Ведомости»). Расстояния в Сибири — сами знаете: машина, которая должна была этот аммиак вывозить, находилась за 1000 км. Генпрокуратура пишет нам предписание: в течение недели вывезти. И что нам делать? Начали дальше изучать и выяснили, что в торговых центрах лифты и эскалаторы не в собственности, оформлены на другую структуру. Арендные ставки мизерные, кругом черный нал Договоры аренды на многих площадях не заключались в принципе. Незарегистрированные перепланировки, нарушения при проектировании, нарушения при эксплуатации, нарушения правил пожарной безопасности». 23 магазина выставили на торги через Российский аукционный дом как объекты недвижимости, и за 3,5 млрд руб. недвижимость купила «АМК-фарма» (входит в ГК «Регионы» семьи Муцоевых).

В числе первых активов «Сбербанк капитала» была и проблемная задолженность структур нефтяной компании Urals Energy на $635 млн. Обеспечением по кредиту в $500 млн были 35,55% ООО «Таас-Юрях нефтегазодобыча». По кредиту на $135 млн, выданному для покупки 100% ООО «НК «Дулисьма», обеспечения не было, а по кредитной линии, выделенной под инвестиционную программу «Дулисьмы», обеспечением была сама «Дулисьма», которая добывала 50 000 т в год и почти не генерировала кэш, вспоминает Беленов.

С «Дулисьмой» «Сбербанк капиталу» пришлось повозиться. После того как должник перестал обслуживать кредит, в «Дулисьме» поменяли форму собственности с ООО на ЗАО. Это произошло по требованию самого банка, но документы были оформлены таким образом, что залог был утерян, рассказывает Беленов. Через полгода переговоров «Сбербанк капитал» добился, чтобы необеспеченный кредит на $135 млн был переведен на ЗАО «НК «Дулисьма», а потом и переоформил на себя оба актива Urals Energy.

«Сбербанк капитал» управлял бывшими активами Urals Energy до 2012 г. «Там ситуация была аховая, — считает Хачатурянц. — Мы провели огромную работу». Сбербанк выдал «Дулисьме» 7,5 млрд руб. кредитов на развитие. По словам Хачатурянца, была построена труба до магистрального трубопровода «Транснефти», удалось добиться экспортной квоты. А сохранением льготной ставки экспортной пошлины, которую в 2011 г. для малых месторождений отменяли, лично занимался президент Сбербанка Герман Греф: в ноябре 2011 г. он написал обращение к тогдашнему куратору нефтегазовой отрасли в правительстве Игорю Сечину. Тот провел совещание, на котором решили сохранить «Дулисьме» льготную ставку. За время управления «Сбербанк капиталом» добыча «Дулисьмы» выросла до 750 000 т в год.

В 2012 г. «Сбербанк капитал» решил продать нефтяные активы. 35% «Таас-Юрях нефтегазодобычи» за $444 млн купила «Роснефть», а «Дулисьму» за $95 млн — семья Хотиных.

Выходим

«В отличие от классической инвестиционной компании мы не искали клиентов, они даны нам судьбой — это просроченный, проблемный и потенциально проблемный портфель крупных и средних заемщиков Сбербанка. KPI — выполнение плана возврата проблемных и просроченных задолженностей», — рассказывает Беленов. За четыре года работы «Сбербанк капитал», по его подсчетам, вернул около 60 млрд руб., выручив их от продажи активов и долей в компаниях (см. таблицу). Хачатурянц говорит, что все активы, кроме одного — «Алпи», компания продала с прибылью.

Какая же прибыль, если «Мосмарт» был должен 12 млрд руб., а продали его за $1000? Суть, конечно, в том, что во многих случаях долги вместе с активом переходят новому собственнику.

Например, сделка с «Дулисьмой». Структуры Хотиных заплатили «Сбербанк капиталу» $95 млн и взяли на себя старый долг, который вырос за счет процентов со $135 млн до $160 млн, и новый — 7,5 млрд руб.

Отдавая последние магазины «Мосмарта» владельцу «Седьмого континента» за $1000, «Сбербанк капитал» вместе с ними уступил Александру Занадворову и выросший с 3 млрд до 12 млрд руб. долг сети. Занадворов сказал «Ведомостям», что «цена была рыночная». Под эту сделку и для реструктуризации ранее полученных кредитов он занял у Сбербанка 31 млрд руб.

С точки зрения возврата кредита «Сбербанк капитал» свою задачу выполнил, рассуждает Безелянский, но при этом была разрушена стоимость компании. Получается, управляя предприятиями, «Сбербанк капитал» наращивал их долги перед Сбербанком, только эти долги превращались из плохих в хорошие.

Видимо, поэтому мало кто из прежних собственников заинтересовался «окном возможностей» и выкупил свой бизнес обратно. В случае с контрольным пакетом «Ведомости» нашли только один такой случай — это уже упомянутый «Готэк». Владимир Чуйков отдал «Сбербанк капиталу» 60% предприятия за 1 руб., а потом выкупил обратно. «Чуйков нам благодарен. Мы «Готэк» буквально почистили, помыли, наладили документооборот и ввели отчетность по МСФО», — говорит Беленов. Связаться с Чуйковым не удалось.

«Мы не простим тем людям»

Владелец «Павловскгранита», потерявший свой бизнес из-за нежелания пойти навстречу «Сбербанк капиталу», можно сказать, легко отделался. Иные теперь в бегах, а то и в тюрьме.

Война за МАИР

Владелец промышленной группы МАИР Виктор Макушин теперь живет на Кипре, а гендиректор металлургических заводов группы Сергей Мусатов приговорен к четырем годам. Так закончилась кредитная история МАИР и Сбербанка.

МАИР называет себя крупнейшей в мире сетью ломоперерабатывающих предприятий, в 2008 г. выручка ее предприятий превышала $100 млн в месяц. У МАИР были кредиты в Сбербанке на 2,5 млрд руб. В начале 2009 г. Сбербанк потребовал от Макушина увеличить залог или вернуть деньги. Макушин в ответ попросил о реструктуризации (цены на продукцию МАИР упали впятеро, и группа не могла обслуживать долги), но банк отказал. Тогда Макушин инициировал банкротство заводов и публично обвинил чиновников и банкиров в рейдерстве. После этого на него завели уголовное дело о мошенничестве. Так бизнесмен оказался на Кипре.

Летом 2010 г. Макушин отдал кредитору 77% «Русвтормет центра», которому принадлежали металлургические заводы МАИР в Красном Сулине и Георгиевске, проходившие процедуру банкротства. В интервью кипрскому порталу CJN Макушин рассказал, что договор о продаже «Русвтормет центра» подписывал, находясь в кипрской тюрьме в ожидании экстрадиции.

Война за «Ижавто»

Бывшего владельца самарской группы СОК Юрия Качмазова Россия с 2011 г. пытается экстрадировать из ОАЭ. В СОК входил завод «Ижавто», на котором собирались автомобили Kia. В 2008 г. выручка «Ижавто» была почти 21 млрд руб.

В кризис у «Ижавто» начались трудности — только Сбербанку она должна была 8 млрд руб. СОК нашла способ избавиться от перекредитованного актива: она продала «Ижавто» близким компаниям, а расплатился с ней фактически сам завод — автомобилями на $200 млн. Рассказывали, что часть автомобилей Качмазов вывел из-под залога Сбербанка, просто передвинув забор склада готовой продукции. «Мы не простим тем людям, которые допустили мошеннические действия, эту ситуацию. Мы будем делать все, чтобы привлечь их к уголовной ответственности, думаю, что им заниматься бизнесом в стране будет очень непросто», — пообещал президент Сбербанка Герман Греф в интервью Business FM.

На Качмазова завели уголовное дело, «Ижавто» обанкротили. Активы завода были проданы на торгах и в конечном итоге достались «АвтоВАЗу». А большую часть долгов «Ижавто» выкупил у Сбербанка акционер «АвтоВАЗа» — «Ростехнологии».

Война за «Энергомаш»

Владелец холдинга «Энергомаш» Александр Степанов за границу уехать не успел, так как уже был осужден английским судом на два года и объявлен в международный розыск. В России уголовное дело о мошенничестве на 12,7 млрд руб. было возбуждено по заявлению Грефа. Арестовали бизнесмена в феврале 2011 г. прямо в офисе Сбербанка, куда он приехал договариваться о реструктуризации долга. В 2012 г. Степанова осудили на 4,5 года.

«Энергомаш» — один из крупнейших российских холдингов, объединяющий восемь машиностроительных заводов, продукция которых поставлялась для АЭС, ТЭЦ. Forbes в 2009 г. оценил его активы в $4,3 млрд (включая $1,3 млрд долгов).

В 2005 г. Степанов сделал ставку на производство и эксплуатацию малых газотурбинных ТЭЦ; на эту программу входящая в холдинг «ГТ-ТЭЦ энерго» получила в Сбербанке кредит на 17,5 млрд руб. В кризис события стали развиваться по знакомому сценарию. Сбербанк отказал в реструктуризации и потребовал в счет долга в 7 млрд руб. перевести активы на третью структуру. Степанов в ответ попытался провести «реструктуризацию» активов уже в своих интересах, но неудачно. Сейчас идет банкротство компаний «Энергомаша», Сбербанк — крупнейший кредитор.

По любви, по обязанности и просто так

Сейчас в управлении «Сбербанк капитала» около 70 активов на 46,7 млрд руб. В презентации инвесткомпания делит их на три категории: «инвестиционные» (7,8 млрд руб., 17%), «под управлением» (16,8 млрд руб., 36%) и «технические» (22,1 млрд руб., 47%). Первые инвесткомпания, условно говоря, получила по любви, вторые — по обязанности, а третьи принадлежат ей лишь формально.

«Инвестиционные» — это те активы, которые «Сбербанк капитал» получил «на условиях, полностью одобренных обществом, и в отношении которых общество обладает существенным влиянием и полной свободой действий, в том числе по решению о выходе из проекта». Часть таких активов пришла от Сбербанка по договорам цессии, например «Хрустальные башни», полученные по отступному за долг в 2,3 млрд руб. (должник — Coalco), торговый центр «Пять морей» (должник — «Строитель-М»). Часть — прямые инвестиции. Например, заемщику не хватает денег, чтобы получить кредит Сбербанка по проектной схеме — в пропорции 30% (заемщик) к 70% (Сбербанк). «Сбербанк капитал» входит в его капитал для соблюдения этой пропорции. Так компания получила долю в жилом комплексе «Эсмеральд» «Главстроя» и 49% в армянском золотодобывающем проекте «Парамаунт голд майнинг».

Активы «под управлением» — значит «полученные на условиях, не полностью согласованных с обществом (например, цессия без оценки рыночной стоимости), но в отношении которых общество обладает существенным влиянием и относительной свободой действий». Например, девелоперские проекты «Царев сад» и «Город яхт», производитель автомобилей «Дервейс».

«Технические» — активы, «в отношении которых общество выполняет функции балансодержателя и не имеет существенного влияния, решения о выходе принимаются вне общества». К ним относятся 2% акций «Русснефти», около 3% нефтяной компании «Аврора ойл», акции «Красной Поляны», «Соды-хлората» и др.

Ирина МОКРОУСОВА, Ринат САГДИЕВ

Инфографику и таблицу к статье можно посмотреть на сайте источника.

см.  Сбербанк России