Первое апреля для ЦБ

09.05.2011 23:25

Давление на ЦБ столь велико, что простой перенос даты заседания совета его директоров по поводу процентных ставок — на 2 апреля, спустя всего две недели после предыдущей встречи, — всколыхнул рынок. Речь о том, что помимо традиционной работы Центральному банку пытаются навязать еще одну: отвечать не только за инфляцию, но и за экономический рост. Критики ЦБ утверждают, что именно так работают центробанки на Западе.

Это не так. ФРС США оперирует показателями занятости (цель — безработица не выше 6,5% при инфляции 2,5%), с которыми в России не так уж и плохо (безработица 5,8% при инфляции 7,3%). А основной мандат европейского ЦБ — поддержание ценовой стабильности.

Таргетирование экономического роста, а точнее, номинального ВВП, не применяется нигде, хотя в США и Великобритании такая возможность сейчас обсуждается.

Решать обе задачи — снижения инфляции и повышения ВВП — одновременно невозможно, как бессмысленно решать только одну из них. Уничтожить инфляцию можно стремительным повышением ставок, но экономика остановится. Поэтому таргетирование инфляции, применяемое 30 странами, нигде не реализуется в чистом виде. В том числе и в России. ЦБ вовсе не игнорирует ситуацию в экономике (и ключевые ставки не меняются с сентября, хотя инфляция все это время ускорялась): просто ЦБ — как и большинство экспертов — считает, что при данном уровне институтов быстрее расти невозможно. Снижение ставок не создаст инвестиционный бум, если ему не способствует деловой климат. Это попытка найти техническую причину фундаментальной проблемы.

Намерение «разогнать» ВВП будет сопровождаться ускорением роста цен (уровень инфляции — составная часть номинального ВВП). Потребители, ожидая роста доходов, начинают больше тратить, предприятия, реагируя на рост спроса, — активнее инвестировать. Когда цель по ВВП достигнута, центробанк ужесточает политику, и все понимают: и рост, и инфляция замедлятся. Подобный таргет может быть приемлем в экономике с достаточно длительной историей низкой инфляции и достаточно высоким уровнем доверия ЦБ. У России пока нет ни того ни другого. Зато если, к примеру, в США рост спроса почти на 40% покрывается ростом внутреннего производства, на 10% ростом импорта и наполовину ростом цен, то в России пропорция — 18, 30 и 62%, посчитали в Институте Гайдара. Другими словами, если спрос вырастет на 100 руб., то предложение отечественных товаров увеличится лишь на 18 руб., объем импорта на 30 руб., а остальное восполнит инфляция, остановить которую сможет разве что новый кризис. Так что пассаж про ответственность за экономический рост нужно адресовать обратно в правительство либо же вменить развитие конкуренции и снижение административных барьеров в обязанности ЦБ. И сдвинуть дату его заседания на 1 апреля.

Редакционная статья