От мировой экономики не ждут сюрпризов в 2013 году

17.03.2013 01:33

Участники форума «Ведомостей» не ожидают решительных изменений: структурные преобразования будут продолжаться, повышенная волатильность на рынках сохранится

Ситуация в мировой экономике не так тяжела, как сегодня принято считать, поделились своим мнение европейские финансисты, принимавшие участие в сессии «Мировые финансы: прогноз развития» на «Финансовом форуме России», организованном «Ведомостями». Российские участники дискуссии были более осторожны. В целом же все считают, что от 2013 г. сложно ожидать решительных изменений в каких-либо областях: структурные преобразования будут продолжаться, но не очень быстрыми темпами, повышенная волатильность на рынках сохранится.

Риски не исчезли

Основные проблемы сформулировал ведущий дискуссии, управляющий директор Arbat Capital Алексей Голубович: «В краткосрочной перспективе всех волнует фискальный обрыв в США. В Европе в обиход может войти термин «страны-зомби», как во время финансового кризиса — «банки-зомби».

Многое зависит от того, что новое руководство Китая объявит в качестве приоритетов экономической и финансовой политики. Влиять на финансовые рынки также могут события на Ближнем Востоке и, как следствие, ситуация на рынке нефти».

Основной риск будущего года, считает Венсан Шэньо, глава отдела стратегии на валютном рынке и рынке инструментов с фиксированной доходностью Societe Generale CIB, — что правительства, как и до сих пор, не будут принимать решительных действий. В США после фискального обрыва придется решать, как добиться сбалансирования бюджета в долгосрочной перспективе. «Я не вижу, что в 2013 г. может произойти решительный перелом. В мире выработался иммунитет на нерешенность, в частности, европейских проблем», — полагает Екатерина Трофимова, первый вице-президент Газпромбанка.

Серьезный экономический риск, может возникнуть не в наступающем году, а через год-два, считает управляющий директор, главный экономист «Сбербанк CIB» Евгений Гавриленков: отрицательные процентные ставки и бюджетный дефицит в США на уровне 7—9% ВВП — это бомба замедленного действия. «Пенсионные фонды, страховые компании, эндаументы показывают отрицательную доходность, и это может быть следующий пласт инвесторов, которых ждет кризис и может потребоваться какая-то помощь», — полагает он. Фундаментальные риски не ликвидированы, считает главный экономист «Дойче банк Россия» Ярослав Лисоволик, при этом одним из важных рисков в Европе он называет электоральный, а в России — отсутствие реформ и хронический отток капитала.

Оптимизм есть

Везде пессимизм, но экономические данные показывают нам обратное: так, потребители демонстрируют устойчивость, показатели потребительской уверенности в мире неплохие, указал Саймон Кихано-Эванс, главный экономист по рынкам Центральной и Восточной Европы ING Bank. «Объединенная Европа — долгосрочный проект. Вспомните, что еще 30—40 лет назад Испания, Португалия, Греция были диктатурами. Они вступили в ЕС ради значительных преобразований и не готовые покидать союз. Еще год назад никто не говорил о фискальной и банковской интеграции, не верил в создание антикризисного фонда ESM — европейского стабилизационного механизма, четыре — пять месяцев назад никто не верил, что помогут Греции. Как только прекратятся разговоры о выходе стран из еврозоны, потребительская уверенность пойдет вверх, это может произойти через три — шесть месяцев. Когда это произойдет, компании начнут понемногу расходовать рекордные денежные запасы (они составляют $2 трлн), экономика начнет подниматься. Западноевропейские компании уже начинают возвращать производство домой из развивающихся стран», — перечислил позитивные тренды Кихано-Эванс. Россия и Турция находятся, наверное, в наилучшем положении во всей Европе, считает он. Но России важно не только привлекать иностранные инвестиции, но и инвестировать свои деньги на внутреннем рынке.

«Европейские политики не могут договориться, в какой степени ужесточать бюджетную политику, а в какой — стимулировать экономику. Но, думаю, они согласны в одном: нужно удалить системные риски, и этим занялся ЕЦБ. И снизить риск в банковской системе, и это делается, вводятся нормы «Базель III», — сказал Альбертус Риггер, исполнительный директор LGT Capital Partners.

Нынешний год был достаточно хорошим для рынков — для государственных и корпоративных облигаций, для ряда фондовых рынков — США, например, отметил Венсан Шэньо из Societe Generale. Ближайшие месяцы будут положительными для рынков, полагает он: «Инвесторам нужна доходность, и в начале 2013 г. они будут ее искать. Они не могут слишком долго жить с доходностью 1,5%. Испания попросит внешней помощи, и ЕЦБ начнет скупать гособлигации, что поддержит рынки. Но боюсь, что с улучшением ситуации политики расслабятся. Думаю, что в конце зимы — начале весны рынки протестируют ЕЦБ на прочность. Если ЕЦБ остановит покупки бондов (или рынок будет думать, что он остановит), потому что реформы в Испании не приносят нужных результатов, спрэды могут снова начать расти».

Следующий год принесет меньше сюрпризов на западных рынках, полагает Трофимова. Но высокая неопределенность сохраняется; стагнация, усталость, непонимание того, где можно получать доходности, не позволяет развивать бизнес, указала она, и это видно на примере клиентов Газпромбанка: они в целом предпочитают сохранение наличных остатков, инвестирование пусть в низкодоходные, но надежные инструменты. «В банковском секторе России ждем консолидации, может быть, процесс еще не ускорится в 2013 г., но он пойдет. Скоро люди будут пытаться не продать банки, а дарить их — настолько серьезной становится ситуация по источникам капитала, рискам, зарабатыванию денег», — отметила Трофимова.

Многие эксперты говорят, что на рынках качественных гособлигаций развитых стран надулся крупнейший за 30 лет пузырь: из-за денежных вливаний центробанков доходности уже не один год на рекордно низких уровнях и долго так продолжаться не может, цены должны рухнуть, отметил Голубович. С формальной точки зрения, пузырь есть, согласилась Трофимова, инвестиционная привлекательность гособлигаций ведущих западных стран достаточно сомнительна. Но природа у государственных и корпоративных долгов разная, отметила она: «Пузыри лопаются, когда элементарно происходит несоответствие между долгом и предложением. С госдолгами есть механизм коррекции этой ситуации. Госбумаги — один из основных инструментов рефинансирования, и, когда у частных участников рынка нет других источников финансирования, когда центробанки поддерживают спрос на эти бумаги через механизм рефинансирования, говорить о том, что пузырь на рынке госдолга западных стран лопнет, не приходится».

Замедление Китая — это нормально

Внимание многих экономистов и участников рынка приковано к Китаю: его экономика замедляется, а в преддверии смены руководства страны правительств в этом году не предпринимало серьезных усилий по ее стимулированию. Между тем, ситуация во второй по величине экономике мира важна и с точки зрения поддержания стабильности в мировой экономике, и с точки зрения спроса и цен на сырьевые товары. Гавриленков из «Сбербанк CIB» не думает, что в 2013 г. в Китае будут серьезные проблемы. Растет масштаб экономики, она уже составляет $8 трлн (половину от американской), и становится ясно, что постоянно расти на 10—12% в год такая экономика не может и не должна, отметил Гавриленков. Многие производственные мощности, построенные в предыдущие десятилетия с ориентацией на экспорт (где спрос поддерживался долгами) могут оказаться незадействованными, потому что внутренний спрос их в полной мере не компенсирует. «План по удвоению ВВП к 2020 г. предполагает ежегодный рост примерно на 7%, но, думаю, Китай затормозится еще сильнее, рост через несколько лет будет на уровне 4—6%, это будет хорошо. И при таких размерах ВВП спрос на ресурсы будет достаточным для поддержания цен на них», — считает Гавриленков.

В ближайшие же кварталы, с учетом неопределенности относительно того, как будет развиваться мировая экономика, волатильность на сырьевых рынках будет сохраняться, сказал он.

В России нет экономической политики

Что касается России, то главный риск для нее, по мнению Гавриленкова, — практически полное отсутствие экономической политики. Достаточно успешное развитие экономики поддерживают еще работающие рыночные силы и многочисленные средние компании, действующие в регионах, уверен он. Относительно неясности действия властей Гавриленков сказал так: «Принимается бюджетное правило [по отчислению части нефтяных доходов] — правительство дает сигнал, что нужно накапливать деньги для борьбы с кризисом. А с другой стороны, оно говорит, что накапливать их в другом месте не нужно и сокращает накопительный элемент пенсионной системы. Я как инвестор не понимаю таких действий и того, что будет происходить, поэтому я буду осторожен. Из-за таких действий исчезла макроэкономическая цель политики».

Четкой политики нет, согласен Лисоволик, вопрос в том, что России нужно сделать, чтобы инвесторы ее полюбили. В этом году фондовый рынок выглядел аномально по сравнению с рынком рубля и облигаций, которые показали хорошие результаты, отметил он. Основная причина негативного отношения инвесторов к российскому рынку акций — корпоративное управление. На первый план выходит вопрос эффективности издержек. «Во-вторых, чтобы улучшить ситуацию, нужна отсутствующая на сегодня экономическая политика и четкая, комплексная программа экономических реформ. Наконец, нужно улучшать имидж России. Правительство говорит о необходимости ускорить экономический рост за счет инвестиций. Но при этом мы почему-то слышим такие сентенции, как «отток капитала — это не страшно», «нам нужны только прямые, но не портфельные инвестиции». Но портфельные инвестиции, во многом, — это ключ к изменению восприятия России, которое позволит привлечь и прямые инвестиции», — заключил Лисоволик.

«Когда первое лицо компании начинает провожать иностранного банкира или инвестора до машины, оно считает, что главное — это имидж и PR, — поделился наблюдениями из жизни Голубович. — А когда оно перестает это делать и просиживает ночи с главным бухгалтером и начальником планового отдела, оно понимает, что PR не работает, и нужно заниматься настоящим делом — бизнесом. По моим ощущениям, мы пока находимся на первой стадии».

Куда инвестировать

В конце дискуссии Голубович задал ее участникам вопрос о том, какие инвестиции в наступающем году они считают наиболее интересными. «Если учесть то, о чем сегодня говорилось, я бы не держал ничего кроме наличности, — улыбнулся Кихано-Эванс из ING. — Но я давно работаю на развивающихся рынках, прошел через многие кризисы. Главный вопрос — вы верите, что страна или сектор выберется из кризиса? Если да, то сегодня можно даже начинать инвестировать в гособлигации периферийных стран еврозоны. А хорошие экономические и долговые показатели ряда развивающихся стран делают интересными их гособлигации».

Самые удачные инвестиции делаются в кризис, отметил Риггер из LGT. «Все клянут Европу, что она не может разобраться со своими проблемами. Но можно начать смотреть на нее, греческие бонды в последнее время оказались самым успешным вложением — после того, как их цена упала до 13% от номинала, такого не было нигде, даже у худших бондов, Кот д’Ивуар, было 20%. Для успешной инвестиции нужно попытаться понять, изменится ли настроение на конкретном рынке». Кроме того, по его мнению, можно инвестировать в тех, кто может предоставлять ликвидность, когда она так необходима банкам, и кредитный сектор здесь особенно интересен.

Если ЕЦБ начнет скупать испанские бонды, Шэнью из Societe Generale видит у них хороший потенциал. В ближайшие месяцы будет ралли в рисковых активах, полагает он, европейские акции, особенно финансовые, крайне дешевы.

Для российской общественности лучше всего подходят локальные инструменты с наибольшей доходностью, прежде всего депозиты, которые сейчас предлагают высокие весьма ставки, сказала Трофимова из Газпромбанка. Сейчас наблюдается некоторое снижение корреляции между разными классами активов (в последние годы она была очень высока, более рискованные активы обычно вместе падали или вместе росли), но все равно инвестиции в классы активов не актуальны, считает Трофимова, интереснее конкретные проекты.

С точки зрения хранения средств, не важно, в какой валюте их хранить, будет волатильность, и все зависит от того, когда входить и выходить в инструмент, считает Гавриленков. А инвестиции, по его мнению, сейчас возможны только краткосрочные, как в случае с греческими госбондами.

Михаил ОВЕРЧЕНКО