Не терять контроль

17.04.2012 08:09

Факторинговые компании активно наращивают обороты. Главное, чтобы расплатой за бурный рост не стало ухудшение качества портфелей

Факторинг выступил одним из драйверов роста рынка торгового финансирования в первом полугодии 2012 года, в целом доля этой услуги в общем объеме сделок неуклонно увеличивается последние 12 месяцев. Некоторые факторинговые компании (факторы) полагают, что это результат совершенствования системы риск-менеджмента, другие настороженно относятся к такой тенденции, поскольку при развитии безрегрессного факторинга в условиях нестабильной экономики существует вероятность повышения доли «плохих» долгов в портфелях факторов.

Высокие темпы роста отечественный рынок факторинга демонстрировал на протяжении всего прошлого года — по его итогам этот показатель достиг 82%. Примечательно, что по результатам 2011-го российский рынок занял первое место по обороту среди государств Восточной Европы и 11-е — среди всех европейских стран. По данным Ассоциации факторинговых компаний, в первом полугодии 2012-го оборот рынка увеличился на 77,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Крутой разворот

Таким образом, в отличие от рынка корпоративного банковского кредитования, динамика которого продолжает оставаться умеренной, факторинг активно наращивает обороты. Конечно, не вполне корректно сравнивать факторинговое финансирование с классическим банковским кредитованием, так как и суть услуг разная, и система оценки рисков. Но как раз различными подходами к риск-менеджменту отчасти и обусловлен разрыв в темпах роста. Как утверждают банкиры, ужесточив требования к заемщикам после кризиса, они почти их не ослабляли. Некоторое смягчение произошло, но оно не носило массового характера, тогда как у факторов аппетит к рискам все же увеличился. За последние 12 месяцев, по информации рейтингового агентства «Эксперт РА», доля факторинга с регрессом в совокупном обороте факторов снизилась до 58,6% (на 17%), а доля факторинга без регресса выросла до 33% (на 16%).

По словам факторов, это объясняется несколькими причинами. Во-первых, безрегрессный факторинг стал более востребованным. «Этого требует рынок. Клиенты, которые хотели работать с регрессом, уже работают, и факторы вынуждены искать новые ниши. Плюс банками накоплен огромный опыт работы с дебиторами и в их отношении финансовые организации готовы принимать риски на себя, — рассуждает вице-президент, управляющий Санкт-Петербургским филиалом Промсвязьбанка Татьяна Крылова. — Кроме того, рынок сильно изменился: дебиторы заинтересованы в факторинге не меньше, чем поставщики, поэтому готовы более активно „раскрываться» перед банками, что положительно влияет на рынок факторинга».

Актуализация спроса на безрегрессное финансирование обусловлена и высокими экономическими рисками: в условиях нестабильности клиенты хотят застраховаться от неплатежей и готовы за это дороже платить. «Основные драйверы роста рынка факторинга в первом полугодии — это, с одной стороны, ужесточение условий по кредитам, с другой — желание бизнеса диверсифицировать источники финансирования, обезопасив себя на случай перекрывания крана с ликвидностью, — рассказывает директор Северо-Западного регионального центра НФК Сергей Васильев. — Все-таки колебания валютных курсов, проблемы в Европе, снижение темпов экономического роста в Китае не добавляют оптимизма как кредитным институтам, так и бизнесу в целом».

Плата за рост

С точки зрения эволюции факторинга как финансовой услуги увеличение доли безрегрессных сделок можно назвать положительной тенденцией. По данным Factors Chain International, доля безрегрессного факторинга в мире по итогам 2011 года составляла порядка 37%. Это хорошая картина — возможно, факторинг наконец избавится от репутации более дорогого кредита: у этих продуктов разная природа, а у компаний, прибегающих к использованию факторинга и кредита, разные потребности. «Все меньше компаний отождествляют факторинг с кредитом и все больше считают интересным только факторинг без регресса, когда фактор или банк не только финансируют оборотный капитал клиента, но и принимают на себя риск неплатежа», — добавляет Сергей Васильев.

Однако не все участники рынка настроены столь оптимистично. Возможно, в более благоприятной экономической ситуации распространение безрегресса и стало бы исключительно позитивным трендом, но с учетом уроков кризиса 2008 года это явление нельзя рассматривать однозначно. «У нас этот продукт тоже есть в линейке, но мы относимся к нему осторожно, поскольку его активное использование, в частности, стало одной из причин банкротства крупнейшего игрока факторингового рынка в предыдущий кризис, — поясняет директор департамента факторинга банка «Петрокоммерц» Александр Морозов. — Вопрос этот пока дискуссионный, на российском рынке нет адекватной статистики по работе с безрегрессным факторингом. Было бы неплохо взять срез хотя бы лет за десять на достоверной выборке. Но это невозможно. Таким образом, теоретически можно говорить, что при безрегрессном факторинге риски выше. Но если ими правильно управлять — жестче отбирать дебиторов, то можно добиться показателей по «плохим» активам, близким к факторингу с правом регресса».

Факторы уверены, что дело здесь в эффективности системы контроля за рисками. По мнению директора департамента факторинговых операций НОМОС-БАНКа Сергея Кушпелева, рост доли безрегрессного финансирования как раз и демонстрирует, что факторы все больше набираются опыта в управлении рисками. В частности, ранее факторы смотрели на клиента как на конечный источник возврата предоставленных средств (право регресса), теперь же научились оценивать именно дебитора как основной источник погашения. Это дает возможность адекватно взвесить риски по дебитору, и право регресса уже не играет существенной роли. «То, что сделка не предполагает права регресса, не означает, что у нее повышенный уровень риска. Во многих реализованных сделках без права регресса, даже если ввести ответственность клиента за своевременные платежи дебитора, риски никак не изменятся, — размышляет Кушпелев. — Простой пример — небольшой поставщик в крупную торговую сеть. Если сеть с ним не расплатится своевременно, у него не существует иных поступлений выручки для закрытия задолженности перед банком, есть регресс или его нет».

Как отмечают в «Эксперт РА», платой за взрывной рост в 2011 году стало ухудшение качества портфелей факторов. «Столь быстрый рост объемов на рынке безрегрессного факторинга нас тоже настораживает», — признается Александр Морозов. Факторы пока не ужесточали подходы к рискам, но внимательно следят за ситуацией в ряде отраслей, чтобы не повторить ошибок 2008 года, и при первых тревожных сигналах готовы скорректировать свою политику.

Уйти в ниши

Коснулись факторинговой отрасли и общие для финансового рынка проблемы — ухудшение ситуации с фондированием и, соответственно, удорожание самой услуги. В среднем вознаграждение факторов увеличилось на 1—3%, что, на их взгляд, не критично для бизнеса. Однако маржинальность услуг не повысилась, так как выросла стоимость привлечения.

На маржу повлиял и демпинг, ставший средством конкуренции за крупных клиентов. При этом на рынке наблюдается тенденция к укреплению позиций компаний — «дочек» госбанков, в частности «ВТБ-факторинга». По некоторым сведениям, на рынок намерен выйти Сбербанк России.

Подобные структуры, обладая доступом к более дешевому фондированию, способны предложить более привлекательные ценовые условия, чем коммерческие игроки. «Да, демпинг имеет место быть, но цена в факторинге — не самое главное. Факторинг — это целый комплекс услуг, и тот, кто будет осуществлять их лучше, окажется на вершине рейтинга, — уверена Татьяна Крылова. — В факторинге многое зависит от технологий, а кроме того, без опыта работы сразу же вырваться в лидеры рынка невозможно».

Есть смысл говорить о более четкой сегментации рынка и распределении его участников по специализированным сегментам. Крупные игроки работают в своем сегменте крупного корпоративного бизнеса и в сегменте крупных поставщиков торговых сетей. Здесь все технологии уже отлажены и риски прозрачны, остался один инструмент конкуренции — цена. Спорить с крупными игроками действительно сложно, но возможно.

«Однако в прочих сегментах, например в нише высокотехнологичных услуг, где основную роль играет технологическая возможность фактора предоставлять услуги, тот самый пресловутый факторинговый сервис, ценовое давление «дочек» госбанков не столь существенны, — уточняет Сергей Кушпелев. — В обозримом будущем факторинговый рынок поделится на сегменты аналогично рынку корпоративного кредитования. Будут сегменты, где рынком правят госбанки и западные банки, узкоспециализированные ниши по отраслевому признаку и ниши малого бизнеса со своими игроками».

Надежда на импорт

В целом в 2012 году факторы ожидают увеличения оборота, если не произойдет резкого ухудшения ситуации в экономике. Наиболее высокие темпы можно ожидать в регионах, где эта услуга только начинает развиваться. «Темпы роста рынка в целом опережают темпы роста рынка факторинга в Санкт-Петербурге — в течение последнего года доля города в общем объеме рынка неуклонно сокращается. По данным Ассоциации факторинговых компаний, в июле 2011 года доля Петербурга составляла 12%, в январе 2012-го — 11, в июле 2012-го — 10%, — рассказывает Сергей Васильев. — Причина в том, что уровень проникновения услуги здесь существенно выше, чем в городах, где наблюдается рост, опережающий динамику рынка. Доля того же Северо-Запада без учета Петербурга увеличилась с 1 до 1,4%. Полагаем, что такая динамика сохранится — больший рост будут показывать регионы, которые только пробуют факторинг на вкус».

Прошлогодних темпов рынку вряд ли удастся достичь, в том числе по причине высокой базы. На отрасль продолжат влиять ограничения с ликвидностью и удорожание фондирования. «В 2011 году рынок вырос более чем на 80%. Повторить такой показатель с учетом более высокой базы будет действительно очень сложно. Но в рублевом выражении вырасти сильнее, чем в прошлом году, рынку вполне по силам», — полагает Александр Морозов.

Также в числе основных факторов, которые определят развитие рынка во втором полугодии, дифференциация клиентского предложения, например продвижение «гарантии» фактора без предоставления финансирования, внедрение услуг для микробизнеса, экспресс-факторинг для малых предприятий. «Продолжит расти доля безрегрессного факторинга, увеличится предложение реверсивного (закупочного) факторинга, можно ожидать ужесточения подхода к оценке риска», — перечисляет руководитель Санкт-Петербургского регионального центра ФК «Лайф» Сергей Исаченко.

Определенные перспективы в сегменте импортного факторинга участники рынка связывают со вступлением страны во Всемирную торговую организацию. Основным препятствием для развития операций импортного факторинга в России является то, что существенная доля товаров ввозится по так называемым «серым» схемам, которые предусматривают занижение инвойсной стоимости и расчеты с использованием оффшорных компаний. Причем в первую очередь речь идет об импорте товаров народного потребления (бытовой техники, электроники, одежды, отделочных материалов и т. д.), поставки которых традиционно генерируют основную часть факторингового оборота в большинстве государств мира.

«В настоящее время в импортном факторинге мы одобряем только порядка 50% запросов от иностранных контрагентов, причем основная причина отказа — нежелание российских импортеров предоставлять информацию по сделкам, — поясняет Васильев. — На наш взгляд, основная причина отказов в сотрудничестве с фактором — «серый» характер импорта и порождаемая этим непрозрачность деятельности компании. В импорте часто приходится сталкиваться с тем, что сведения зарубежного поставщика по обороту, мягко говоря, не сходятся с оборотом, отражаемым отечественным импортером».

Таким образом, ситуация будет зависеть от того, получит ли российская таможня прямой доступ к экспортным декларациям из стран, откуда ввозятся товары, что потенциально должно полностью «обелить» импорт. «Если бизнес получит стимул «обелить» импорт, можно ожидать взрывного роста оборотов импортного факторинга — в три-пять раз в ближайшей перспективе. Если в 2011 году этот показатель составил порядка 8 млрд рублей, то в течение нескольких лет он мог бы вырасти до 40 млрд и более», — прогнозирует Сергей Васильев.

Ольга ВЕЛИКАНОВА

Инфографику к статье можно посмотреть на сайте источника.