Можно ли слезть с минфиновской иглы?

26.02.2010 10:54

С 2003 года Герман Греф, Игорь Шувалов и Аркадий Дворкович доказывали региональным властям, как важно комплексное развитие и привлечение инвестиций, как важно заниматься «маркетингом территорий». Но недавно, когда финансовая группа «Лайф» проанализировала перспективы развития российских регионов, оказалось, что только 30% из них ведут такую работу. Причем речь идет не только об успешно выстреливших кейсах типа Калининградской области — я говорю о тех территориях, где хотя бы создано агентство или департамент по привлечению инвесторов, где принята хотя бы какая-то стратегия развития.

Как ведется работа над стратегией развития региона? Нужно выбрать приоритетные направления развития, понять, кого привлекать (инвестиции, туристов, жителей), на какие ресурсы регион может опереться, какие регионы в России и мире конкурируют за эти же цели. Нужно заинтересовать тех, кто может предоставить финансирование, — найти эту целевую аудиторию, выбрать преимущества региона и плюсы стратегии, которые ей можно продемонстрировать, и найти нужные каналы коммуникации с ней.

Затем нужно организовать привлечение финансирования: создать long-list потенциальных инвесторов, получить кредитные рейтинги, получить или выпустить гарантии под будущие обязательства, выбрать оптимальные финансовые продукты, провести road-show и так далее. И только после этого начинается реализация стратегии.

Основная проблема российских региональных властей в том, что все эти шаги предпринимаются в отрыве друг от друга. Отдельно пишется стратегия, отдельно рисуется бренд-бук и разрабатывается маркетинговая стратегия. Без бизнес-составляющей экспертное сообщество зачастую воспринимает все это как «красивые картинки». Отдельно ведутся разговоры с банками, которые, не видя стратегии, оценивают регионы лишь по их текущему состоянию, без учета перспектив развития. А значит, оценивают плохо, потому что множество регионов — дотационные или депрессивные.

Есть проблема и с партнерами: как правило, для разработки стратегии привлекаются региональные игроки, все они работают отдельно друг от друга по разрозненным заказам. Стратеги рисуют фантастическое будущее очередных Нью-Васюков, креативное агентство дает волю фантазии, больше думая о «Каннских львах», чем о финансовом эффекте. Играть вместе с властями вдолгую, разделять с ними риски никто не готов.

Банки среди этих партнеров — самые ленивые. За последние десять лет разве что ЕБРР изобретает что-то новое, остальные действуют по старинке, не особо задумываясь о реальных потребностях регионов. Они готовы кредитовать, но не готовы брать на себя повышенный риск в масштабных и долгосрочных проектах. Сбербанк и ВТБ доминируют в сегменте «коротких денег» — 50—100 миллионов рублей на 1—2 года. В основном, однако, эти деньги идут на покрытие бюджетного дефицита, а не на стратегическое развитие. ЕБРР готов работать с крупными инфраструктурными проектами — 300—400 миллионов рублей на 5—10 лет (но очень мало регионов готовят настолько качественные заявки, чтобы соответствовать условиям банка). ВЭБ готов давать более 2 миллиардов рублей и на долгий срок, но таких масштабных проектов очень мало.

Мы придумали эксперимент — мы решаем реальную проблему региона за пять этапов, привлекаем опытных партнеров международного уровня, разделяем с регионами риски и не отрываем от текущей работы множеством текучки. Мы сами финансируем все подготовительные этапы. Если регион сможет привлечь долгосрочные инвестиции под стратегию, то мы из этих денег заберем свои расходы (с повышенной маржой за риск). Если же результата не получится, мы потеряем деньги.
Сейчас мы предложили такой эксперимент нескольким регионам. Как и ожидалось, не все региональные власти реально заинтересованы в привлечении инвестиций. Кто-то открыто говорит, что проще каждый год просить у Минфина дотации, чем тратить усилия на реализацию стратегии и нести ответственность за полученные инвестиции. Другим мешает политическая неопределенность: «Зачем нам 10-15-летняя стратегия, если я буду руководить регионом в лучшем случае еще 2—4 года?»

Третьих пугает, что на такого рода сделки нужна политическая решимость и воля. Существующий закон о госзакупках не позволяет платить партнеру повышенную маржу за риск, приходится расчленять сделки на составляющие и искать самое дешевое решение, даже если оно ни к чему хорошему не приведет. «Вот напишет про меня Навальный в блоге, — рассуждают они, — что ваша повышенная маржа — это взятка мне, и что все можно было сделать гораздо дешевле у местного ЧП «Мотылек». Как я потом отмоюсь?»

С другой стороны, на горизонте сразу замаячили «посредники», предлагавшие обеспечить согласие региона на участие в любых инвестпроектах. Но в процессе переговоров мы понимали, что после получения денег никто никакие стратегии реализовывать не собирается, а инвесторам и кредиторам достанутся все те же презентации. Такого рода варианты для нас неприемлемы.
Сейчас появилось несколько регионов, претендующих на участие в эксперименте. Читателей Slon мы будем держать в курсе всех этапов этого эксперимента. Надеюсь, из этого получится интересное и полезное реалити-шоу «Как я слезал с бюджетной иглы».

Владислав СОЛОДКИЙ

Автор — руководитель венчурного фонда «Лайф.СРЕДА»