Кризису прописали лечение

01.06.2011 21:01

В Суздале 18—22 февраля прошел Второй Российский экономический конгресс (РЭК-2013), на котором сотни ученых предлагали свои варианты реформирования российской и мировой экономических систем. «Универсальную пилюлю» от всех финансовых болезней найти не удалось. Да такой цели, собственно, и не ставилось.

Главное, считает один из идеологов РЭК, директор Института экономики РАН Руслан Гринберг, что между правительственными и независимыми экспертами — людьми, представляющими подчас диаметрально разные позиции, — состоялся продуктивный и весьма доброжелательный обмен мнениями.

На правах хозяев, мероприятие открыли представители местной власти. Первый вице-губернатор Владимирской области Вячеслав Кузин заявил, что чиновникам необходимо научиться прогнозировать экономическое развитие.

В его регионе, например, в начале 90-х годов прошлого столетия, «первые роли» играли предприятия ОПК и текстильные фабрики. Поэтому местным властям, совместно с привлеченными экспертами, пришлось волей-неволей задуматься о диверсификации региональной экономики. В результате в области появились пищевой, фармацевтический, биоэнергетический и другие кластеры.

Ученая полемика — это, конечно, хорошо. Первые лица государства все чаще прислушиваются к тому, что звучит на академических встречах. Но считать, что чиновники завтра кинутся воплощать экономические идеи в жизнь — неправильно, указал вице-президент Российской Академии наук Александр Некипелов. Правительству комфортней прислушиваться к тем специалистам, с которыми они уже работают, подтвердил в разговоре с «РБГ» Руслан Гринберг. Хотя это, зачастую, и контрпродуктивно.

Если один из «лагерей» возьмет вверх — ситуация в российской экономике может пойти неперекосяк. Например, если правительство будет слушать только сторонников патерналистского подхода и игнорировать либералов, то частных инвестиций не жди. Значит, не будет и устойчивого экономического роста. Экономисты, представляющие частный сектор, настаивают на том, что «плыть» нужно в сторону высокой прибыли, обеспечивать ее любой ценой, сказала академик Наталья Иванова. В том числе за счет урезания расходов на «социалку». Но без инвестиций в человеческий капитал мы получим стагнацию.

Но перед тем, как заняться будущим, необходимо понять, почему провалились либеральные реформы 90-х. Организаторам конгресса удалось зазвать на мероприятие не слишком публичного экономиста президента Новой экономической ассоциации Виктора Полтеровича, которого, пожалуй, лучше знают на Западе, чем в России. Он шокировал ученое сообщество заявлением о том, что с 1913 года наша страна не продвинулась ни на шаг. Уровень ВВП как был 28% от аналогичного показателя в США (ведь именно с американцами мы привыкли сравнивать свои промахи и достижения в экономике), так и остался. И здесь уже досталось «младореформаторам», которые пытались провести в России шоковые реформы. В результате между бедными и богатыми возникла гигантская социальная пропасть, при этом средний класс у нас фактически не появился.

Экономическое развитие должно осуществляться в условиях демократии, но определенный авторитаризм здесь все-таки не помешает. Нельзя, чтобы каждый имел возможность «поднимать руку» и пытаться повернуть страну в то или иное направление. Нам нужна умная демократия, подытожил Полтерович. Ее можно обеспечить с помощью инноваций, например, развития нанотехнологий. Но следует быть готовым, что мировую экономику будет лихорадить еще лет пять, хотя второй волны кризиса не будет, предупреждает Гринберг. Хотя финансовое цунами позади, мы находимся в «вялотекущей стадии» кризиса.

Любопытный взгляд на природу финансовых потрясений высказал заместитель министра экономики Андрей Клепач. Он считает, что в 1998 году стагнация была нам только на руку. После резкой девальвации рубля наша продукция стала более конкурентоспособной за границей, а отечественная промышленность (в частности, пищевая) получила «новое дыхание» для развития. Импорт стал недоступен потребителям и место иностранной еды на прилавках заняли товары российского АПК. Другое дело — 2008 год, который сыграл в нашей экономике негативную роль. Достаточно вспомнить, что в то время многие аналитики предсказывали банкротство одного из самых знаковых российских предприятий — тольяттинского АвтоВАЗа. Только «нефтяные деньги», закачанные в реальный сектор через банковскую систему позволили нам избежать катастрофы.

Сейчас отечественным компаниям тоже непросто брать взаймы у финансовых учреждений. Высокие ставки Центробанка не позволяют. Но уровень ставки формируется исходя из состояния рынка и оценки рисков, объяснил бывший глава ЦБ Сергей Дубинин. Не секрет, что наши заемщики не страдают излишней финансовой грамотностью, покупают не слишком нужные дорогие товары и… пускаются в бега. В результате Центробанк заставляет банкиров создавать «напротив» кредитов стопроцентный резерв, чтобы сохранить стабильность в банковской сфере.

России нужно научиться управлять доходами, не связанными с продажей углеводородов, сообщил «РБГ» руководитель Экономической экспертной группы Евсей Гурвич. Как снизить дефицит «ненефтегазового» бюджета? С довольно смелым рецептом выступила старший научный сотрудник Института экономики РАН Ирина Букина. Она предложила восстановить в стране прогрессивную шкалу подоходного налога. При этом базовый налог в 13 процентов поступал бы в бюджеты регионов, а все, что выше — в федеральный бюджет. Это принесло бы ВВП 2,5—3,5 дополнительных процента. И, соответственно, способствовало бы снижению «ненефтегазового» дефицита бюджета. Правда, в этом случае зарплаты в России могут уйти в тень.

Алексей АРОНОВ