Колебание курса

14.05.2012 11:19

По мнению Пьера Готье, заместителя директора группы «Финансовые институты» Standard & Poor`s, основным источником опасности для банковского сектора России является ухудшение фундаментальных макроэкономических характеристик, а не долговой кризис в странах еврозоны.

Рыночная мимикрия

Мы не ожидаем массового исхода западноевропейских банков из России, особенно если речь идет о банках, успевших развернуть здесь прибыльную коммерческую деятельность. Процесс сокращения бизнеса, скорее всего, коснется лишь игроков, имеющих в России небольшие и непрофильные операции.

В целом крупнейшие банки России, принадлежащие иностранным собственникам, лишь в очень небольшой степени зависят от фондирования со стороны материнских компаний. По нашим оценкам, этот источник привлечения средств составляет около 10% обязательств или немного выше для дочерних компаний UniCredit и Raiffeisenbank International. С нашей точки зрения, любое сокращение этого фондирования будет в большей степени контролируемым.

Крупнейшие иностранные банки, присутствующие в России,— французский банк Societe Generale, итальянский UniCredit SpA (BBB+/«негативный«/A-2) и австрийский Raiffeisen Bank International AG (RBI, A/«негативный»/A-1). Мы считаем, что их заинтересованность в сохранении российских активов останется высокой, поскольку они уже построили здесь прибыльный бизнес и имеют сильные коммерческие позиции.

Однако мы также наблюдаем движение в противоположном направлении — со стороны банков, имеющих в России менее крупный бизнес. В 2011 году HSBC Bank PLC (AA-/«стабильный«/A+1), GE Money Bank (нет рейтинга S&P), Barclays Bank PLC (A+/«стабильный»/A-1), а также ряд шведских банков свернули свой розничный банковской бизнес, испытывая давление со стороны конкурентов. Впрочем, никто из этих игроков не оказывал сколько-нибудь существенного влияния на динамику российского банковского рынка.

Абсолютный ПИИ

Экономические проблемы, возникшие в последнее время в некоторых странах еврозоны и их банковских системах, а также предстоящее введение для всех банков более строгих регулятивных требований в отношении достаточности капитала и ликвидности (Basel III), скорее всего, приведут к тому, что некоторые западноевропейские банки сократят свои зарубежные инвестиции. Однако большинство российских банков лишь в некоторой степени зависит от притока прямых иностранных инвестиций (ПИИ), что во многом защищает их от этого риска.

В целом за последние десять лет приток прямых инвестиций в российский финансовый сектор увеличился и достиг $29,1 млрд в 2011 году. Хотя уровень прямых иностранных инвестиций в финансовый сектор России в процентах от ВВП очень низок (он колеблется в пределах от 1,6% до 2,0% ВВП. По уровню ПИИ Россия намного отстает от стран Центральной и Восточной Европы и государств Балтии, где этот показатель, как правило, составляет около 10%.

Основными факторами, ограничивающими приток иностранных инвестиций в Россию, остаются доминирование государственных банков, в целом слабое качество банковского надзора и низкий уровень независимости регулирующих органов, неэффективная защита прав кредиторов и отсутствие хорошо функционирующих правовых систем, а также ряд других факторов.

Мы считаем, что интерес иностранных инвесторов к российской банковской системе останется ограниченным до тех пор, пока в ней столь сильны позиции государственных банков, продолжающих усиливать свои позиции.

ПИИ в банковские сектора России в абсолютном выражении останутся в лучшем случае на стабильном уровне, а в процентах от ВВП, скорее всего, уменьшатся.

Косвенная волатильность

Глобальный экономический спад может помимо прочего стать косвенной причиной повышения волатильности фондовых рынков, а также курсов некоторых национальных валют, например рубля. Кроме того, растущее давление на экономику России может осложнить доступ крупнейшим банковским группам к международным рынкам капитала.

Любая продолжительная проблемная ситуация в еврозоне может способствовать возникновению глобального экономического спада, который, в свою очередь, может негативно повлиять на цену нефти или на национальный фондовый рынок. Недавнее падение цены нефти Urals в конце июня 2012 года до $90/бар по сравнению со $120/бар тремя месяцами ранее подтверждает это предположение. Но до тех пор пока цена Urals будет в районе $80/бар, проблема ликвидности в банковских секторах стран-производителей нефти, скорее всего, не возникнет.

В любом случае темпы экономического роста в России снизятся по сравнению с уровнями, наблюдавшимися до 2008 года, в период бума. В частности, в России рост реального ВВП будет ниже 5,5% — среднегодового показателя последнего десятилетия. Это связано с высокой долей сырьевых товаров в структуре российского экспорта, неконкурентоспособностью российской обрабатывающей промышленности на мировом рынке и медленным продвижением экономических реформ в стране. То есть до тех пор, пока неэкспортные отрасли не станут более эффективными, а их конкурентоспособность не повысится до мирового уровня, российская экономика, а вместе с ней и банковский сектор останутся уязвимыми и будут зависеть от цен на углеводородное сырье.