Как охладить банкиров. Отвечает Банк России

31.08.2012 14:20

Банки в этом году привлекли внимание регулятора не только высокими ставками по вкладам, но и агрессивным кредитованием частных клиентов. По данным Банка России, с начала года объем этих финансовых услуг вырос почти на 30%. Самый бурный рост — в сегменте необеспеченных и в то же время дорогих ссуд (POS-кредиты, кредиты наличными, кредитные карты). И вот Банк России ужесточает меры.

С 1 января 2013 года регулятор почти в два раза повышает нормы резервирования по некоторым категориям необеспеченных ссуд (исключение составят только кредиты, которые банки выдают проверенным клиентам и в рамках зарплатных проектов), а также устанавливает повышенные коэффициенты риска при расчете достаточности капитала по потребкредитам с высокими ставками. Во фрагментах выступлений, которые приводит Slon, — объяснение, почему это делается, и реакция участников рынка на новые правила.

Василий Поздышев, директор департамента банковского регулирования ЦБ РФ:

Очень сложно дать ответ на вопрос, есть ли перегрев рынка потребкредитования или его нет. Но тем не менее можно отметить явный дисбаланс между темпами кредитования предприятий и темпами кредитования физических лиц. По результатам девяти месяцев средние темпы роста кредитных портфелей составляют около 27% в годовом исчислении. Эти 27% бьются на две составляющие: кредиты предприятиям, которые росли в 2012 году темпами 22—23%, и кредиты физическим лицам с темпами роста, превышающими 40% в годовом исчислении. Портфель необеспеченных ссуд на нужды населения растет особенно быстро — свыше 60% в год. Это наиболее динамично и быстро развивающийся сектор финансового рынка, который еще никогда такими темпами не рос. Этот дисбаланс вызывает необходимость некоторой корректировки.

Потребительские кредиты в общем объеме выданных населению ссуд занимает уже более 50%. Это достаточно высокий показатель уровня проникновения потребкредитования. В Европе этот показатель в среднем не превышает 20%.

Третья цифра, которая заставляет задуматься, — это соотношение среднего дохода российского гражданина с теми кредитами, которые он взял в банках. Если в 2011 году эти величины были сопоставимы — в районе 22—23 тысяч рублей, то в 2012 году при средней месячной зарплате 23, 6 тысяч рублей средняя задолженность по потребительскому кредитованию достигла уже 38 тысяч рублей.

Коррекция, которую мы предлагаем, будет проходить по двум направлениям. Первое направление — это резервирование. Мы повысим минимальные ставки резервирования по необеспеченным ссудам физлиц. Средние ставки будут повышены, но не по всем категориям просрочки. По потребительским необеспеченным ссудам физическим лицам минимальная ставка резервирования по портфелю без просрочки на настоящий момент составляет 1%, а будет 2%. По необеспеченным ссудам с просрочкой до 31 дня сейчас минимальный уровень резервирования составляет 3%, будет 6%. По просрочке до 91 дня и до 180 дней ставки резервирования останутся прежними. Все эти изменения будут относиться только к вновь выданным ссудам. То есть на те портфели кредитов, которые банки уже выдали, досоздавать резервы не нужно.

Второе направление коррекции — это требование к капиталу. Мы предлагаем дифференцировать требования к капиталу на необеспеченные ссуды физическим лицам в зависимости от процентных ставок по ним. В ситуации, когда нет законодательного ограничения по ставкам, банки, выдавая необеспеченные кредиты, пытаются компенсировать высокие риски высокой процентной ставкой. В результате эффективная ставка по потребкредитованию может превышать 50% и даже 60%. Такие ставки не совсем соответствуют понятию «этический бизнес». В этих условиях мы предлагаем, как минимум, ввести допнагрузку на капитал.

Для сравнения — во Франции около 15 различных ставок по разным категориям кредитов, эти ставки определяет ЦБ. Например, по возобновляемым кредитам, то есть по кредитным карточкам ростовщический процент не превышает 20%, по необеспеченным потребительским ссудам ставки находятся на уровне 8—9%. Наши же ставки по кредитам в 30—35% ни один нормальный семейный бюджет не выдержит. Такой кредит скорее социальное зло, чем добро.

Эльман Мехтиев, член правления «ДжиИ Мани Банка»:

Банки, занимающиеся розничным кредитованием, были предупреждены о готовящихся изменениях. Но надо отметить, что эти изменения больше решают проблемы системы, чем проблемы тех физических лиц, которые уже закредитованы. Может быть, это уже продолжение темы финансового омбудсмена, но решать нужно проблемы конкретных людей, а не системы в целом. Я бы поделился парой цифр. Мы недавно с помощью НБКИ запросили данные на 20 тысяч своих клиентов, которым выдавали кредиты более чем 12 месяцев назад. Когда мы выдавали им кредиты, их долговая нагрузка составляла 35% по отношению к их доходам. 57% тех клиентов, которые потом взяли кредиты еще в других банках и у кого долговая нагрузка превысила 50%, ушли хотя бы в одну просрочку, которая будет требовать от нас доначисления резервов. Нам кажется, что если мы действительно хотим решить проблему, то нужно не только заниматься увеличением резервирования, но и вводить ограничения по размеру долговой нагрузки при выдаче кредитов, это, кстати, то, что банкиры могут сделать сами.

Я думаю, не нужно ждать создания мегарегулятора, когда ЦБ или любой другой орган сможет запрашивать в бюро кредитных историй информацию, подобную той, что запросили мы, и определять тех игроков рынка, которые занимаются хищническим кредитованием. А почему они занимаются таким кредитованием? Господа банкиры, давайте назовем вещи своими именами. Очень часто нам выгоднее давать кредиты, заранее зная, что люди попадут в просрочку, потому что штрафы не ограничены. И если говорить об ограничениях, то можно еще ограничить и штрафы. Нужно исправлять систему, чтобы она не позволяла банкам заниматься хищническим кредитованием. Увеличение резервов лишь усилит давление на капитал. Банкиры, у которых достаточность капитала ниже 15%, уже всерьез начали задумываться о микрофинансовых организациях. Мы можем увидеть, что первой реакцией рынка будут либо прекращение кредитования, либо уход в ту сферу, которая регулируется не так жестко.

Андрей Степаненко, зампред правления «Райффайзенбанка»:

Одна из причин, по которой ЦБ ужесточает требования, заключается в том, что банки не кредитуют юрлиц. Чтобы понять, почему это не происходит, надо посмотреть, за счет чего растет ВВП. Если мы зададим вопрос, высоки ли темпы инвестиций в Россию, то ответим на него, что «не столь высоки, как хотелось бы». Российский ВВП прирастал последние годы за счет потребления. Поэтому глубинная причина роста потребкредитования лежит в макроэкономике. Это выбор не только банков, но и денежных властей. Какие еще причины того, что банки не кредитуют реальный сектор? Наверное, еще из-за проблем с ликвидностью, стоимость денег на рынке растет и банкам выгоднее вкладывать свои средства в более доходные проекты.

Но в то же время, если мы рассмотрим все страны с точки зрения соотношения доходов к среднему размеру задолженности, то России есть еще куда расти. В России кредит составляет от половины до 2/3 годового дохода. Конечно, рост темпов прироста розничного портфеля в 60% заставляет задуматься, но мы сейчас видим бурный рост розничного бизнеса банков и не должны смотреть на эту цифру в отрыве от развития рынка банковских услуг.

Александр Викулин, гендиректор НБКИ:

Мне непонятна обеспокоенность Банка России. Несмотря на бурный рост кредитного портфеля, риски снижаются. Мы это видим на примере рассчитываемого нами коэффициента просроченной задолженности. Если 1 октября 2011 года он составлял 5,3%, то 1 октября 2012 года уже — 4,5%. Совокупный коэффициент потенциально невозвратной потребительской задолженности в 2011 году был 4,8%, сейчас ровно 4%. Видимо, помимо экономических причин ужесточения требований к банкам, активно кредитующим население, есть еще политические.

Татьяна АЛЕШКИНА