Институтов не кончали. И не начинали

29.08.2011 00:02

Эксперты потребовали от правительства другой программы экономического роста

Опубликованный на днях правительством прогноз социально-экономического развития страны до 2030 года угодил прямо в пучину дискуссий, разгоревшихся в связи с резким снижением темпов роста ВВП и обсуждением новой экономической модели. Неудивительно, что на минувшей неделе участники ежегодной конференции в Высшей школе экономики воспользовались случаем и атаковали представителей правительства. Эксперты утверждают, что прогнозы по росту экономики невыполнимы, поскольку не опираются на реформирование институтов государства. В Минэкономразвития, готовившем прогноз, призывают не переоценивать их роль.

На перепутье роста

Как и положено в подобных прогнозах, он предполагает несколько сценариев будущего. А именно три: консервативный (рост в среднем на 3—3,2% ВВП в год), инновационный (4,0—4,2%) и форсированный (5,0—5,4%).

Все эти варианты при условии, что цены на нефть не упадут ниже 90 долл. за баррель, но и не поднимутся выше 110 долл. в нынешних ценах. Предполагается, что будет проведена модернизация социальной сферы и транспортной инфраструктуры, обеспечен рост производительности труда, доли высокотехнологичных отраслей, рост инвестиций в основной капитал и доли среднего класса (до 50% населения и даже выше).

В качестве финансовых источников в двух сценариях названы дополнительные ассигнования из бюджета, а рост кредитования и частных инвестиций предполагается во всех случаях. Однако разброс в оценках поступлений огромен. Так, ежегодный приток частных инвестиций прогнозируется от 0,1 до 6,5% ВВП ежегодно.

«Бизнес тихо лежит на боку»

Эксперты предъявили к прогнозу претензию — откуда такая уверенность в притоке инвестиций и росте, если в нем почти ни слова нет про улучшение качества государственных институтов. «Плохими институтами объясняется бегство капиталов из страны, которое наблюдается с осени 2011 года, а также низкие объемы привлекаемых иностранных инвестиций», — говорится в коллективном докладе ВШЭ, представленном на конференции. Главные задачи правительства в том, чтобы добиться «верховенства права» и независимости суда, снизить уровень коррупции, перестроить отношения между бизнесом и «всем блоком правосиловых органов», расширить полномочия местного самоуправления, перестроить социальный блок и обеспечить политическую конкуренцию. «Инвестиций нет. Ощущение такое, что бизнес тихо лежит на боку, не влезая в дополнительные риски. Мы что-то с этим собираемся делать? — допрашивал приглашенного на конференцию первого вице-премьера Игоря Шувалова научный руководитель ВШЭ Евгений Ясин. — Надо решать институциональные вопросы, чтобы пошли частные инвестиции. Иначе строить планы по повышению темпов роста бессмысленно».

Увеличение бюджетных инвестиций без изменения институтов приведет не к росту экономики, а лишь к ускорению инфляции, поскольку, говорится в докладе, «вертикаль власти» в условиях ресурсных ограничений начинает «давать сбои».

Игорь Шувалов заверил, что раскручивать инфляцию правительство не собирается — жесткое бюджетное правило будет выполняться (исключение: «внешние шоки»), а деньги на инфраструктурные проекты из бюджета будут даваться на возвратной основе. Но из его рассуждений также следовало, что проблема во многом — в нежелании бизнеса, включая госкорпорации, менять модель поведения. «Никто не привык работать по методам проектного финансирования и возвратности капитала», — сетовал он.

Вклад в 2%

Однако эксперты продолжали настаивать: повышение качества институтов — один из ключевых факторов роста. Они даже приводили количественные оценки того, как повлияет повышение их качества на динамику ВВП.

Так, глава Экономической экспертной группы Евсей Гурвич оценивает вклад качества институтов в рост ВВП в размере 1,2% ежегодно. А ректор Российской экономической школы Сергей Гуриев говорит о вкладе в 2%. «Тогда можно рассчитывать и на рост в 5—6% ВВП в год», — считает он.

Гуриев напоминает: больше 70% бизнесменов на недавнем форуме в Давосе на первое место среди негативных факторов для инвестиций поставили проблемы в российском госуправлении. И тот факт, что Россия в рейтинге Всемирного банка «Doing Business Россия» за год поднялась со 120-го места на 112-е, экспертов пока не слишком радует. Евсей Гурвич указывает, что в другом рейтинге ВБ — по верховенству закона — Россия стоит на 160-м месте. Связь этого показателя с экономическим ростом, считает он, отрицать невозможно.

Добиться экономических узбеков

Однако представители правительства далеко не впервые слушают призывы к улучшению госинститутов и сами знают все формулировки наизусть. Но, во-первых, они также знают, что такое улучшение зависит далеко не только от правительства. Во-вторых, что даже при самых невероятных успехах на этом поприще результаты скажутся далеко не сразу, а «делать что-то» надо прямо сейчас. Поэтому по ходу конференции они перешли в решительное контрнаступление.

«Никаких обоснованных оценок и расчетов, доказывающих прямую связь между качеством институтов и темпами роста, нет», — заявил экспертам замглавы МЭР Андрей Клепач, хотя и не стал отрицать важности улучшения инвестклимата. Логика его аргументов была проста: «В 2000-е годы темпы роста у нас были около 7%. Но тогда качество институтов не было в три раза выше, чем сейчас. Испания до кризиса имела темпы роста выше, чем Франция, Германия, Великобритания. Но уровень коррупции там не был ниже, учитывая поток наших мафиози, покупавших там недвижимость. Если говорить о демократии, то есть море исследований, которые говорят о том, что сама по себе она не означает более высокие темпы роста». Для вящей убедительности он привлек на свою сторону опыт Средней Азии, заметив, что «в Узбекистане, где нет ни свободы печати, ни демократии, где репрессивный аппарат стабильно работает, есть достаточно стабильный рост».

Вслед за Шуваловым Клепач указал и на важность поведения бизнеса: «Поведенческая модель бизнеса, уровень профессионализма играет не меньшую, а даже большую роль. Когда начинаем разбираться с массовыми авариями — Саяно-Шушенская ГЭС, шахта Распадская — везде жесточайшие технологические нарушения. Это прямого отношения к свободе совести, собраний и даже к взяткам не имеет». Впрочем, и тут эксперты нашли бы что возразить. Особенно по поводу взяток.

Ирина ГРАНИК