Города влезают в долг

04.05.2010 20:06

Чтобы строить инфраструктуру, регионам придется занимать все больше. Проблема в том, что их долги не очень подходят для финансирования инфраструктурных проектов — в первую очередь из-за коротких сроков.

Примерно 20 трлн рублей до 2020 года нужно только на строительство и ремонт российских дорог, портов и аэропортов (в соответствии с госпрограммой развития транспортной системы), а также на приведение в порядок ЖКХ — таковы оценки Министерства регионального развития. Средства, необходимые на социальную (детские сады, школы, больницы) и на все прочие виды инфраструктуры, никто не считал, понятно лишь, что эти затраты тоже будут велики. И значительную их часть регионам придется взять на себя. Прежде всего это касается местных дорог и почти всех местных объектов социальной инфраструктуры.

Аналитики и инвестиционные банкиры потирают руки: ведь все это означает, что регионам неминуемо придется брать в долг и рынок региональных облигаций серьезно увеличится. «Рынок первичных размещений региональных и муниципальных облигаций уже растет серьезными темпами: в 2012 году он почти удвоился по сравнению с 2011 годом, в этом году мы также ожидаем существенного роста», — сказал «Эксперту» вице-президент отдела первичных размещений долговых бумаг управления инвестиционно-банковской деятельности Sberbank CIB Алексей Безрукавников. В качестве примера бурного роста рынка региональных долгов можно взять декабрь ушедшего года: в течение этого месяца на облигационный рынок вышли Вологодская, Воронежская, Томская, Рязанская и Свердловская области, Ставропольский край, Удмуртия, Башкирия, Томск и Санкт-Петербург. Однако рост долга вовсе не означает, что дороги и котельные скоро будут построены: регионы по-прежнему могут занимать только на покрытие бюджетного дефицита, то есть привлеченные деньги поступают в общий котел. «В российском законодательстве нет понятия инфраструктурных облигаций, эмитируемых органами публичной власти, — поясняет руководитель проектов сектора «Муниципальные финансы и межбюджетные отношения» фонда «Институт экономики города» Леонид Перцов. — Поэтому регионы и муниципалитеты занимают средства без привязки к конкретным проектам. Но фактически региональные и местные заимствования зачастую действительно являются инфраструктурными: привлекающие средства органы «держат в уме» направления расходования». Разумеется, вложения регионов в инфраструктуру будут увеличиваться просто по объективным причинам: износ всех видов инфраструктуры нарастает, у населения появляется запрос на высококачественные среду и услуги. «Мы видим, что за последний год актуализировалась тема привлечения частных средств в коммунальное хозяйство, тема строительства новых детских садов», — добавляет Перцов.

Занять на полгода

Однако начать надо с того, что структура и срочность региональных долгов в принципе пока не подходят для сколько-нибудь длительных инвестиций. «У российских регионов и городов низкий долг (в среднем его величина составляет менее 20 процентов текущих доходов бюджетов), так что увеличить долг для них не проблема, — сказал «Эксперту» директор направления «Региональные и муниципальные финансы» S даже если говорить о потенциально окупаемых вложениях, задача привлечения заемных средств и их возврата за десять лет ставится редко, поскольку выходит за горизонт планирования. То же касается и тарифной политики в ЖКХ — а при непредсказуемых тарифах невозможно спланировать денежные поступления и, соответственно, инвестиции в эту сферу.

Но это все слова экспертов. А как видят ситуацию сами регионы?

Не толкайте нас в долги

Местные власти действительно не спешат резко наращивать свой долг, но объясняют это вполне логичной осторожностью и тщательным бюджетным планированием. «Санкт-Петербург, как и все регионы, занимает исходя из принципа совокупного покрытия. При этом у города мощная инвестпрограмма — более 20 процентов доходов городского бюджета, — и на ее реализацию средства облигационных займов, разумеется, тоже тратятся», — сказал «Эксперту» председатель комитета финансов Санкт-Петербурга Эдуард Батанов (в декабре город привлек на облигационном рынке довольно существенные 7 млрд рублей). Г-н Батанов согласен с тем, что регионы будут вынуждены занимать все больше и больше — как на развитие, так и на повышение зарплат бюджетникам; другого пути у них нет. «Но я не согласен, что сейчас долг у субъектов федерации низкий, у некоторых он достигает уже 100 процентов доходов, еще у части подходит к 60—70 процентам, а это уже опасная планка, — предупреждает Батанов. — Да, возможно, в США и в Европе объем регионального долга в соотношении с доходами выше. Но, во-первых, там совершенно другое регулирование и другая система — так, в США можно увеличить налоги под решение построить школу; во-вторых, там смешные ставки (базовая ставка EURIBOR в Европе ниже 1%) и большие сроки заимствований. И то в Европе — в Италии, Бельгии, Германии — ситуация с долгами регионов очень непростая».

«Я был бы осторожен с идеей резкого увеличения долгов регионов и муниципалитетов, — поддерживает Эдуарда Батанова помощник начальника департамента финансов Томской области Михаил Сергейчик. — Долг субъекта федерации может достигать 100 процентов его доходов. Но сегодня рынок не дает занять более чем на пять лет, а средняя дюрация составляет примерно три года. Это означает, что, грубо говоря, в среднем каждый год регион должен гасить (возможно, путем рефинансирования) 20 процентов своего долга. Случился кризис, рынки закрылись. Рефинансировать заем невозможно, просрочить выплату — значит лишиться рейтингов и так далее. При этом у большинства регионов инвестиционные расходы — то есть те, которыми можно поступиться, направив деньги на выплаты по текущему долгу, — редко составляют больше 10—15 процентов бюджета. Все остальное — это зарплаты бюджетникам: врачам, учителям. Получается дилемма: ухудшить свою кредитную историю или остановить текущие расходы». В таких условиях осторожность регионов вполне обоснованна.

Под проект дороже

Вопросов, к которым мы подходим, два: как увеличить объем денег в регионах, в первую очередь региональный долг, и как добиться того, чтобы еще больше денег шло именно на инфраструктурные проекты.

Уже понятно, что просто наращивать объем региональных долгов бессмысленно — пока действует принцип единого котла, это вовсе не будет означать роста инвестиционных расходов.

Некоторые эксперты видят смысл в том, чтобы все-таки выделить отдельные инфраструктурные облигации, которые выпускались бы под конкретный проект, — это позволит занимать на определенную цель и, возможно, на более длительный срок. «Создание такого инструмента, как инфраструктурные облигации, имеет смысл — но лишь в том случае, если они будут обладать определенными преимуществами по сравнению с обычными облигациями: наличие госгарантий, специальные условия репо в ЦБ РФ, дополнительные налоговые льготы для инвесторов и так далее, — рассуждает Алексей Безрукавников. — К примеру, сегодня для юридических лиц ставка налога на купонный доход по субфедеральным и муниципальным облигациям (15 процентов) ниже, чем по корпоративным облигациям (20 процентов). А для развития рынка длинных инфраструктурных облигаций могла бы применяться еще более низкая, например нулевая, ставка налогообложения».

Однако сами регионы не видят смысла в таком инструменте: во многих случаях им проще и дешевле занять именно «в общем», просто на покрытие дефицита бюджета, а потом уже распределять деньги. «Выпуск отдельных инфраструктурных бумаг под какой-либо проект в текущих условиях не способен серьезно решить проблему финансирования инфраструктуры в регионах, — говорит Михаил Сергейчик. — Дело в том, что облигационный выпуск самого субъекта всегда будет больше по объему, а значит, ликвиднее, и он будет лучше воспринят рынком. Далее, кем гарантируется такой инфраструктурный выпуск? Если опять-таки регионом, то это все тот же региональный долг, причем ставка по нему может оказаться даже выше, чем в случае, если бы регион занимал сам». «Идея занимать под отдельный инвестиционный проект кажется мне неправильной, — соглашается Батанов. — Это возможно для коммерческих объектов, но мы прежде всего улучшаем качество жизни местных жителей, об окупаемости тут речь не идет — как может окупиться, к примеру, больница? К тому же заем под конкретный проект может подтолкнуть ставки вверх по сравнению с тем, что мог бы получить регион, выйди он сам на долговой рынок». Конечно, есть отдельные предприятия, которые способны занимать самостоятельно, добавляет Эдуард Батанов. Например, питерское ГУП «Водоканал». Но и тут серьезным ограничением становятся возвратность и влияние на тариф: тарифы ограничивает ФСТ, к тому же есть понятие доступного тарифа. «Все это делает займы под конкретные инфраструктурные проекты для субъектов малоэффективными», — резюмирует Батанов.

Банки не спасут

Значит, остаются классические облигации. Может быть, имеет смысл расширить рынок их сбыта, допустим, выстроив систему, когда банки обязуются покупать региональные облигации и держать их на балансе? На самом деле и это проблемы не решит. «Заставить банки выкупать такие облигации нельзя, так как у нас не плановая экономика, а интереса к этим бумагам у них нет, по крайней мере в рамках существующей системы резервирования, — рассуждает Юрий Данилов. — Чтобы интерес к облигациям регионов и муниципалитетов появился, нужен целый ряд дополнительных механизмов: гарантийные и страховые схемы, фонд погашения под управлением независимого управляющего, обеспечивающие возврат основной части долга и повышение кредитных рейтингов. Стоит превратить региональные займы в надежный, привлекательный, хорошо упакованный инструмент, грамотно их оформить — и деньги найдутся, причем не только у банков, а, к примеру, у специализирующихся на проектных облигациях инвестиционных фондов, которые готовы прийти в Россию».

Проблема еще и в том, что у банков просто нет настолько длинных ресурсов, которые могут быть вложены в инфраструктуру, пусть и через облигационный рынок: банки не предназначены для того, чтобы становиться ключевыми инвесторами этих проектов. Приходится в очередной раз вспомнить про длинные деньги — только этот ресурс может серьезно изменить качество и срочность региональных долгов. «У нас же практически нет институциональных инвесторов — пенсионных фондов, страховых компаний, — а ресурсов банков недостаточно, прежде всего в плане их длительности», — пожимает плечами Батанов. Собственно, без длинных денег не увеличить и срок обычных региональных займов.

Конечно, привлечение регионами денег станет эффективнее со временем — когда у них накопится опыт, умение планировать свои инвестиции и распоряжаться имеющимися деньгами.

«Нас вполне устраивает такой инструмент, как облигации на покрытие бюджетного дефицита, но вот что нас не устраивает, так это рынок, — резюмирует Эдуард Батанов. — Нам не нравится доходность, не всегда нравятся предложения организаторов размещений. Но есть регионы сильные, а есть не очень. К примеру, мы и Москва размещаемся сами, сами заполняем книгу заявок. Последний выпуск мы разместили на четыре с половиной года, вполне приемлемый срок. Но не у всех регионов есть такая возможность». В Санкт-Петербурге считают, что надо упростить выход субъектов федерации и муниципалитетов на долговой рынок с тем, чтобы у них было много вариантов того, как это сделать.

Но регионам бедным в любом случае на долговой рынок не выйти — значит, для них придется продумывать отдельные механизмы. «Различия в доходах российских регионов и муниципалитетов действительно очень велики, и даже если перенаправить часть доходов с федерального уровня на региональный и местный, большая их часть все равно поступит в бюджеты наиболее обеспеченных регионов и крупнейших городов, — напоминает Леонид Перцов. — Говорить о совершенствовании существующего распределения налоговых поступлений и системы межбюджетных трансфертов можно и нужно. Но очевидно, что государственные и муниципальные заимствования для бедных территорий все равно останутся гораздо менее доступными, чем для богатых».

Евгения ОБУХОВА