ФНС рекомендует не прощать долги разорившимся россиянам

22.08.2012 15:33

В Федеральной налоговой службе считают, что статус банкрота должен распространяться не только на конкретного гражданина, но и на его семью. Кроме того, нельзя допускать ситуаций, когда у формально разоренного россиянина в качестве единственного жилья вдруг остается многоэтажный особняк или домик в Альпах, согласны юристы.

На прошлой неделе Госдума одобрила в первом чтении правительственный законопроект о банкротстве физлиц. Работа над документом велась на протяжении последних восьми лет. Однако до сих пор единого мнения насчет того, в каких ситуациях россияне могут объявлять о своей финансовой несостоятельности, нет даже среди чиновников. В частности, в ФНС считают, что законопроект предоставляет серьезную лазейку для недобросовестных заемщиков.

«Концепция законопроекта правильна, но его нормы нуждаются в гармонизации с нормами семейного законодательства, практикой ювенальной юстиции, а также в гармонизации с ГК», — рассказал журналистам начальник управления урегулирования задолженности и обеспечения процедур банкротства ФНС Георгий Колташов на международной конференции «20-летие со дня принятия закона о несостоятельности (банкротстве)».

В частности, по мнению чиновника, брачный договор должен предусматривать режим раздела собственности в случае несостоятельности одного из супругов. Но и тут может возникнуть много вопросов: механизм раздела совместной собственности таит в себе множество возможностей для ухода от обязательств перед кредиторами, говорит руководитель группы практики разрешения споров и медиации «Пепеляев Групп» Юлия Литовцева. Зачастую супруги заранее делят имущество, еще до начала судебного процесса о признании банкротства.

Кроме того, не следует идти по пути чрезмерной либерализации банкротного законодательства: когда граждане, признанные финансово несостоятельными, вообще освобождаются от уплаты долгов. «Если должник впал в долг не по своей вине, он должен отдать долг без процентов или даже со скидкой. Необходимо не списывать долги и объявлять человека банкротом, необходимо дать человеку помочь трудоустроиться, чтобы с зарплаты часть отдавать кредиторам. Это вопрос морали и правосознания, полностью прощать долги нельзя», — подчеркивает г-н Колташов. В качестве примера чрезмерной лояльности чиновник приводит случай, когда боксеру Майку Тайсону, объявленному банкротом, оставили машину и дом, однако он при этом имеет возможность через пять лет снова набрать кредиты.

В России есть похожий перекос: совершенно не урегулирована ситуация, когда в качестве единственного жилья у должника может остаться замок или особняк, добавляет г-жа Литовцева. Поэтому нормам законопроекта необходима гармонизация с ГК в части определения имущества, на которое не может быть обращено взыскание в части жилья и земельных участков. «Если площадь единственного жилья составляет 1000 кв. м, то механизмов переселения в более дешевое жилье не предусмотрено. Теоретически у банкрота-«физика» единственным жильем может оказаться альпийское шато, и было бы несправедливо с точки зрения кредиторов сохранить за должником право на такого рода единственное жилье», — отмечает она.

Под действие законопроекта о банкротстве физлиц подпадают все долги, сумма которых превышает 50 тыс. руб. На долговую реабилитацию отводится пять лет. Если за это время должник не в состоянии вернуть деньги, по решению суда начинается процедура банкротства. Сейчас общая сумма кредитов, которую набрали россияне, составляет около 7 трлн руб. При этом сумма невозвращенных долгов — 310 млрд руб., или 4,5% от общего числа кредитов.

Ярослав НИКОЛАЕВ