Адаптация риск-менеджмента

12.06.2012 04:24

Четыре года назад любое предприятие малого бизнеса было зоной риска для банкиров. Сегодня же на рынке кредитов для МСБ конкуренция высока. Банки научились сочетать свой привычно консервативный подход с невысокой прозрачностью и значительной рискованностью экономики малых предприятий Юга.

Банкам понадобилось всего четыре года, которые, правда, пришлись на период финансового кризиса, чтобы смириться с реалиями экономики малых предприятий региона. В первый бум кредитования МСБ, в 2007—2008 годах, шанс на кредит был у немногих — прежде всего у имевших ликвидные залоги, ценные бумаги и иные активы компаний, которые могли убедить банк выдать относительно небольшие деньги на короткий срок. Ставки по беззалоговым кредитам в некоторых случаях достигали уровня ставок потребкредитования, а инвестиционное кредитование — деньги на приобретение коммерческой недвижимости, средств производства — было только смутным потенциалом рынка.

Постепенно банки изменили подход к оценке кредитоспособности предприятия: во-первых, практически не осталось отраслей, которые бы не кредитовались. Во-вторых, малые предприятия ищут — и находят — более широкую линейку продуктов, чем короткие деньги на пополнение оборотных средств.

Трижды рискованный

Когда кредитование малого бизнеса ещё только начинало внедряться в спектр банковских услуг, малый бизнес был одним из самых проблемных сегментов для оценки заёмщиков. Среди осложняющих предоставление кредита факторов значились следующие: недолговечность малого предприятия, отсутствие залоговой базы и, разумеется, непрозрачность финансовой отчётности. Фундаментальные характеристики деятельности предприятий малого бизнеса остались теми же: залогов мало, бухгалтерия, если использовать эвфемизм, оптимизированная, продолжительность жизни — непредсказуемая.

Но в результате более пристального рассмотрения объекта система оценки существенно изменилась. Во-первых, опыт наблюдения за малыми предприятиями показал, что срок их жизни не стоит оценивать по сроку существования юридического лица. Директор регионального центра «Южный» банка «Интеза» Наталья Потапова отмечает, что продолжительность жизни предприятия чаще всего совпадает с продолжительностью жизни предпринимателя. «Предприниматели, как правило, редко работают в одном направлении бизнеса, — поясняет г-жа Потапова. — С изменением потребностей рынка, изменением требований покупательского спроса они меняют направление, а то и вид деятельности. Но даже это происходит сегодня не так часто: успешные предприниматели выходят за рамки стандартного малого бизнеса, они укрупняются, диверсифицируют свою деятельность, дорастают до корпоративного сектора». Задача риск-менеджмента в такой ситуации — отследить деятельность предпринимателя в ретроспективе, чтобы понять, связаны ли изменения в бизнесе с тем, что он прогрессирует, или же собственник бежит от прошлого.

Тимофей Костин, заместитель директора департамента анализа рисков банка ВТБ24, отмечает, что среди малых и средних предприятий значительную долю продолжают занимать компании-однодневки. «Срок жизни таких компаний может не превышать года, — рассуждает г-н Костин. — Часть из них создаётся специально, часть просто не справляется с конкуренцией или имеет очень амбициозные бизнес-планы. Доля стабильно работающих предприятий с хорошей динамикой бизнеса не очень велика и меняется от региона к региону. Но именно такие компании представляют наибольший интерес для банков с точки зрения кредитования и развития сотрудничества».

Во-вторых, увеличилось число предложений беззалоговых кредитов: для многих банков они стали драйвером роста портфеля МСБ. Банки выносят решение на основе оценки финансовой деятельности предприятия, причём во многих случаях минимальная продолжительность этой деятельности составляет 6 месяцев. Начальник департамента оценки кредитных рисков Транскапиталбанка Михаил Емельянов говорит, что в банке разработана специальная методика по оценке финансового состояния предприятия малого и среднего бизнеса, а также анализа самой сделки. «Мы уделяем особое внимание истории работы предприятия на рынке, репутации и опыту собственников и руководителей, качеству контрагентов и предлагаемому обеспечению», — добавляет г-н Емельянов.

Роман Лесохин, директор департамента по работе с малым бизнесом Номос-Банка, рассказывает, на чём основывается уверенность его организации в устойчивости бизнеса, не имеющего залогов: «Это не закредитованный сектор экономики; к тому же малый бизнес на 70—80 процентов работает в сфере оптово-розничной торговли, причём в первую очередь реализуя товары и услуги повседневного спроса. Спрос на них эластичен, поэтому когда в экономике происходят кризисные явления, потребители будут отказываться от дорогих покупок, а от этих — нет».

Третий, и самый большой, вопрос, который ставят перед бизнесменами банки, — это прозрачность финансовой отчётности. Банки бились до последнего, чтобы внушить заёмщикам мысль о том, что им необходимо работать в прозрачной финансовой среде, но предпринимательский дух неистребим. Подавляющая часть компаний использует в своей деятельности, что называется, «схемы», которые позволяют увеличить рентабельность бизнеса. Виктор Кузьменко, управляющий ставропольским филиалом Юникредитбанка, говорит, что это не мешает банку выдавать кредиты. «При принятии кредитных решений мы опираемся как на официальную отчётность, которую клиенты сдают в налоговые органы, так и на управленческую отчётность компании, которую зачастую сам банк помогает клиенту сводить, — поясняет г-н Кузьменко. — Это не означает, что предприятия работают нелегально, просто система отчётности и налогообложения позволяет им не вести привычных для банков отчётных документов и не иметь бухгалтерского баланса и отчёта о прибыли и убытках. Ты приходишь к малому предпринимателю, а он говорит, что работает на ЕНВД или состоит на упрощённой системе налогообложения. Кроме того, много примеров, когда предприниматель ведёт свой бизнес в рамках двух-трёх юридических лиц. При этом имущество, которое малое предприятие использует в производственном процессе, принадлежит лично собственнику предприятия как физическому лицу, и получается, что ни в какой отчётности его не учтёшь. В этих случаях банк обращается к первичной документации предприятия и на её основе уже самостоятельно сводит консолидированный баланс. Тема прозрачности, таким образом, перестаёт быть краеугольной». По убеждению г-на Кузьменко, профессиональный кредитный аналитик на основе первичной документации, которую предоставляет клиент, всегда сможет сделать адекватное заключение о целесообразности выдачи кредита и отстоять свою позицию на кредитном комитете.

Опасные отрасли

Единственное, по отношению к чему банки сохраняют настойчивую настороженность, — это отраслевая принадлежность заёмщика. Каждый банк выделяет для себя отрасль, которая для него принципиально неприоритетна: для Юга этой отраслью, увы, было и остаётся сельское хозяйство. «Здесь имеют значение и климатические риски, и высокая конкуренция со стороны зарубежных производителей, — объясняет Роман Лесохин. — Только при ощутимой поддержке со стороны государства сельское хозяйство станет для банков достаточно интересным и безрисковым сегментом. Пока, к сожалению, объёмы поддержки и дотаций невелики».

Тимофей Костин отмечает, что на Юге многие направления среднего и мелкого бизнеса сезонозависимы — будь то туристические агентства, торговые палатки или грузоперевозки. «При принятии решения по условиям кредита, разумеется, необходимо оценивать сезонную составляющую бизнеса, чтобы клиент был в состоянии выполнять взятые на себя обязательства». Председатель правления банка «Центр-инвест» Григорий Жуков, анализируя опыт прошлых кризисов, к наиболее рискованным отраслям для кредитования причисляет строительство, операции с недвижимостью и услуги, связанные с грузоперевозками. Именно доля МСП этих отраслей занимала значительную часть в портфелях проблемных кредитов многих российских банков.

Михаил Емельянов к наиболее рискованным видам деятельности относит строительство и трейдерскую деятельность в области биржевых товаров. «Но это не значит, что мы не кредитуем представителей данных отраслей, — оговаривается г-н Емельянов. — Наши методики оценки позволяют получить исчерпывающее индивидуальное заключение по каждому заёмщику, которое может быть положительным, несмотря на то, что отраслевая принадлежность предприятия относится к зоне высоких рисков».

Здесь вступает в действие главное оружие банкиров в борьбе с отраслевыми рисками: индивидуальный подход. Конечно, начинающий фермер вряд ли может рассчитывать на появление долгосрочных обязательств перед банком, но развитое и диверсифицированное хозяйство с понятной стратегией развития наверняка получит кредит. Наталья Потапова поясняет, что сельское хозяйство — это безусловно, высокорисковый сегмент, зависящий от многих условий, которые трудно предусмотреть. «Но в принципе, если бизнес ведётся рационально, грамотными специалистами, то предприниматель получает прибыль, и она вкладывается и в сельхозтехнику, и в перерабатывающие направления, — рассказывает г-жа Потапова. — Сельское хозяйство, перерабатывающие отрасли гармонично развиваются, когда у владельца есть несколько направлений. Они компенсируют друг друга и позволяют выдерживать показатели рентабельности на хорошем уровне».

Доросли до инвестиционных денег

Несмотря на сохранение сезонных рисков и отсутствие готовности сделать свой бизнес полностью прозрачным, банковские предложения существенно эволюционировали с предкризисного времени. Сегодня набирает рост инвестиционное кредитование сроком от трёх лет, в то время как на заре расцвета МСБ главным запросом были короткие деньги, чаще всего на пополнение оборотных средств. Дмитрий Шахметов, директор регионального центра «Южный» ЗАО «Райффайзенбанк», отмечает, что спрос на инвестиционное кредитование можно назвать растущим. «На принятие решения об инвестиционном кредитовании влияет ряд факторов: платёжеспособность и финансовая устойчивость заёмщика, а также ожидаемый экономический эффект от реализации кредитуемого инвестиционного проекта», — рассуждает г-н Шахметов.

Роман Лесохин говорит, что около 60% предпринимателей, обращающихся в Номос-Банк, интересует пополнение оборотных средств, а остальные 40% хотят делать долгосрочные инвестиции. «Торговые предприятия не только берут на оборот: они приобретают недвижимость, транспортные средства, — развивает свою мысль г-н Лесохин. — Сначала они арендуют торговые точки и транспорт, потом покупают их. Кроме того, около 20 процентов предпринимателей в малом бизнесе — это производственный сегмент, им требуются инвестиционные затраты, в том числе и на приобретение оборудования».

Виктор Кузьменко отмечает четыре основных направления развития кредитных продуктов в Юникредитбанке, которые говорят о том, что малый бизнес становится всё более требовательным в планировании своей деятельности: «Это пополнение оборотных средств, кредит на инвестнужды, расширение производства, кредит на замещение ссудной задолженности стороннего кредитора и четвёртое — коммерческая ипотека. Последний продукт популярен: часто предприятия сегмента малого и среднего бизнеса закономерно вырастают до того, что принимают решения о выкупе тех основных фондов, которые находятся в аренде». Такой набор продуктов г-н Кузьменко объясняет тем, что банки научились работать с малым бизнесом. «Спрос на инвестиционные деньги в малом бизнесе был всегда, просто раньше банки неохотно шли на предоставление длинных кредитов, поэтому малые предприниматели вынуждены были фондировать свои капитальные затраты короткими кредитами на пополнение оборотного капитала, — убеждён Виктор Кузьменко. — Банки понимают, что если хотят победить в конкурентной борьбе за клиента, они должны предлагать малым предприятиям то, что им реально необходимо».

Мониторинг как средство защиты

Разумеется, предоставляя «удлинённые» деньги, банк должен тщательнее защищать свои активы от дефолта. Основным средством защиты после того, как принято положительное решение о выдаче кредита, сегодня является мониторинг деятельности предприятия. Роман Лесохин поясняет, что при инвестиционном кредитовании действует правило, при котором кредит должен выплачиваться из прибыли от текущей деятельности, в отличие от проектного финансирования, когда кредит возвращается из доходов от проекта: «Здесь на первом месте — анализ текущей деятельности, как до принятия решения банком, так и в дальнейшем. Если вдруг по каким-то причинам проект не пойдёт или пойдёт не по плану, предприятие всё равно должно остаться кредитоспособным».

Тимофей Костин подчёркивает, что нормативные документы предусматривают регулярный мониторинг деятельности и финансовой отчётности заёмщика, оценку состояния залогового имущества и перспектив бизнеса. «При идентификации проблем банк имеет возможность заранее, до момента, когда клиент перестанет выполнять свои обязательства по договору, провести реструктуризацию таким образом, чтобы снизить риск возникновения просрочки по договору, — рассказывает г-н Костин. — Например, банк может потребовать от клиента заменить предмет залога или увеличить залоговое покрытие. Может быть изменён график платежей или выставлено требование о досрочном погашении всей или части задолженности».

Григорий Жуков говорит о том, что кредитный мониторинг — это многоуровневая система, включающая контроль за качеством предоставленных ссуд, оценку и прогнозирование будущего развития компании, а также свое­временные управленческие решения, которые уменьшают кредитный риск на всех стадиях работы: «Проверка кредитов необходима для осуществления разумной программы банковского кредитования. Эти мероприятия осуществляются с определённой периодичностью, которая зависит от суммы кредита, от срока, от выполнения заёмщиком своих обязательств перед банком и других факторов».

Среди прочих способов, позволяющих снизить уровень риска при формировании портфеля клиентов МСБ, — работа с предприятиями, обслуживающими госзаказы. В этом году Банк Москвы, начавший активную деятельность в регионе, заявил о намерении привлекать компании, работающие на выполнение госконтрактов, в том числе и предоставление кредитов на исполнение обязательств перед госзаказчиком, который обычно расплачивается только по факту выполненных работ.

Особое отношение у банков к старт­апам: на них деньги предпочитают не давать. Пока что у компании есть два способа получить кредит на новый бизнес: либо если он реализуется в рамках уже существующего, стабильного бизнеса, выделяясь в отдельное новое юрлицо, либо в рамках специальных программ крупных банков, предлагающих кредиты под типовые проекты, как правило, связанные с франчайзингом. Наталья Потапова, рассуждая о перспективах развития программ для стартапов, приходит к мнению, что они зависят от политики государства в отношении малого предпринимательства: «Необходимо, чтобы органы власти определили, какая категория бизнесменов необходима региону, задали вектор потребностей государства и стали заказчиком этих предпринимателей». В таком случае банки будут готовы принимать на себя новые риски и кредитовать начинающих бизнесменов. Видимо, это следующий этап развития отношений малого бизнеса и банков.

Людмила ШАПОВАЛОВА