«Новая нормальность» промышленности

12.11.2012 21:04

Сохраняющаяся невнятность и ограниченность официальная промышленная статистика оставалась в 2012 году одной из главных проблем для ее потребителей и породила оживленные дискуссии на тему, втягивается ли российская промышленность во вторую волну кризиса или переходит в состояние «новой нормальности», принципиально отличающейся от динамичного развития первых семи лет XXI века. В этих условиях набор показателей конъюнктурных опросов ИЭП им. Е. Т. Гайдара позволил обоснованно оценить эту динамику.

2012 год начинался для российской промышленности сложно.

Очевидное снижение спроса на продукцию заставляло предприятия замедлять темп роста выпуска, увольнять работников и крайне осторожно повышать цены.

Восстановление нормальной динамики после январских каникул происходило неуверенно. Начавшийся набор персонала был слаб. Однако баланс оценок запасов готовой продукции не претерпел в феврале существенных изменений. Предприятия вполне успешно решали проблему запасов, не допуская как чрезмерного затоваривания своих складов, так и их опустошения. Последнее позволило промышленности продемонстрировать позитивную динамику выпуска. Но планы выпуска говорили о неуверенности предприятий в сохранении темпов роста производства. В итоге первый квартал года продемонстрировал неудовлетворительные результаты.

Во втором квартале 2012 года настроения в промышленности (по индексу промышленного оптимизма — ИПО) вновь начали падать: сначала до нулевого уровня в мае, а затем до 28‑месячного минимума. В этот раз провал индекса обеспечили все его составляющие. За май-июнь показатель снизился на семь пунктов и в результате утратил последние крохи оптимизма. А индекс прогнозов потерял с начала прошлого года более 11 пунктов и вышел в июне на уровень 34‑месячного минимума.

В начале третьего квартала ситуация стала улучшаться. Сначала ИПО восстановил провал июня за счет резкого улучшения прогнозов производства и оценок запасов готовой продукции. Впрочем, снижение спроса продолжалось, причем с растущей интенсивностью. Но у большинства предприятий подобная динамика продаж получила нормальную оценку. Промышленность, похоже, ожидала более резкого падения спроса, поэтому скромное (совсем не кризисное) ухудшение показателя было оценено скорее позитивно.

Рост оптимизма продолжался до конца третьего квартала. ИПО за этот период вырос на шесть пунктов. К исходу квартала он достиг одного из лучших значений года. Самый положительный вклад пришелся на запасы готовой продукции. В сентябре их баланс стал нулевым, что стало свидетельством предельно осторожного поведения производителей, выпускавших продукцию под возможный рост спроса в будущем. Но это же обстоятельство улучшило планы выпуска. Промышленность была готова перейти от нулевых темпов роста к положительной динамике выпуска. Четвертый квартал мог стать, по мнению предприятий, началом выхода из стагнации.

Однако в начале четвертого квартала ИПО показал резкие негативные изменения, причиной которых стало ухудшение трех составляющих показателя из четырех. Формальное сохранение четвертой компоненты индекса — оценок запасов готовой продукции — на «лучших» за предыдущие полтора года уровнях свидетельствовало скорее о надеждах на рост продаж, чем о невозможности удовлетворить спрос и использовании складских накоплений. Основным негативным фактором для российской промышленности в конце года оставались динамика и объемы продаж. В ноябре значение индекса оптимизма опустилось до трехлетнего минимума. Спрос продолжал давить на настроения российской промышленности. И только прогнозы выпуска удерживали показатель от большего снижения. Индустрия завершила 2012 год в крайне пессимистичном настроении. Индекс оптимизма закрепился в отрицательной зоне, а надежды на оживление промышленного роста в 2013 году были крайне слабы.

Платежеспособный спрос оставался в течение всего прошлого года основной проблемой. Его сдерживающее влияние на рост производства выросло с 52% в начале 2012 года до 59% в начале 2013‑го. Все другие сдерживающие факторы значительно уступали ему по распространенности.

Самым неожиданным оказалось высокое для периода стагнации и выросшее за 2012 год сдерживающее влияние на промышленное производство дефицита кадров. Если в начале истекшего года его упоминали только 24% предприятий, то в начале 2013 года — уже 35%. Ни один из отслеживаемых факторов не смог за год так увеличить свое негативное влияние на российскую промышленность. Другой же фактор, которому властями уделялось гораздо больше внимания, — недостаток кредитов, наоборот, минимально влиял на динамику выпуска. Этот фактор сдерживал рост выпуска только 3—4% предприятий в 2012 году.

К концу 2012 года баланс инвестиционных планов промышленности ушел в явный минус: намерений сократить инвестиции стало явно больше, чем планов их увеличения. Таких пессимистичных инвестиционных намерений не регистрировалось в российской промышленности уже три года.

Слабый спрос стал особенно сильной головной болью для промышленности в конце 2012 года. Это привело к масштабному отставанию изменений спроса от изменений выпуска. В октябре-ноябре доля таких сообщений достигла 28%, хотя в третьем квартале составляла 22%. Однако планы ноября показали намерение предприятий привести в соответствие спрос и выпуск, что и было частично реализовано ими в декабре, когда опережение снизилось до 20%. Первые данные января 2013 года показывают, что промышленность сократила опережение спроса выпуском уже до 13%.

Подобная динамика спроса и вынужденное торможение выпуска становится неприемлемым для все большего числа предприятий. В конце 2012 года доля нормальных оценок спроса потеряла 10 пунктов, снизившись с 54% в сентябре до 44% в декабре. В январе 2013 года показатель опустился уже до 37%. Похоже, что «новая нормальность» и отсутствие реальных перспектив избавления от нее не устраивают российскую промышленность. Если негативная динамика продаж сохранится, а прогнозы потеряют оптимизм, то промышленности придется по-кризисному жестко следовать своим выпуском за падающим спросом.

Сергей ЦУХЛО

Автор — заведующий лабораторией конъюктурных опросов Института им. Е. Т. Гайдара