«Если в пределах Садового кольца будет английское право, будут доверять»

10.03.2011 10:32

Правительство Кипра отказалось от идеи налога на депозиты, но намерено ограничить движение капитала, в том числе иностранного. Скажется ли это на экономике, в беседе с Business FM рассуждает Сергей Алексашенко

Проблемы Кипра, а именно затянувшиеся каникулы местных банков, решение правительства ограничить движение капитала, обсуждает с российским руководством глава Еврокомиссии Жозе Мануэль Баррозу. Сегодня он признал, что Москва не была заранее осведомлена о решении Еврогруппы, которая потребовала от Кипра ввести налог на депозиты.

При этом глава Еврогруппы, министр финансов Нидерландов заявил, что Кипру не стоит надеяться помощь России, если не удастся договориться с ЕС. Он подчеркнул, что остается убежденным сторонником разового списания с депозитов в кипрских банках.

Между тем, ЦБ Кипра раскрыл информацию о средствах на счетах в местных банках.

Всего на депозитах в кипрских банках находится 68 млрд евро, в том числе 18 млрд — российские. Накануне премьер Медведев сообщил журналистам, что на Кипре есть деньги и российских госструктур.

Как Россия будет спасать эти миллиарды, Business FM обсуждает с Сергеем Алексашенко, директором по макроэкономическим исследованиям Высшей школы экономики.

— Что сейчас может и должна делать Россия в такой ситуации?

— Я, честно говоря, считаю, что Россия мало, что может сделать в этой ситуации, потому что Россия имеет крайне мало информации о том, что происходит на Кипре.

Россия не была участником переговоров тройки с Кипром, Россия не получает ежедневную информацию, Россия не в курсе что вообще обсуждали тройка и Кипр, какие варианты, какие сценарии, ограничения. Поэтому сказать, что у России есть какие-то уникальные знания, что Россия может придумать спасение Кипра от всех проблем, я не могу. Очевидно, что Россия не может дать Кипру, видимо, все эти 17 млрд евро, которые Кипру нужны, а меньше Кипр не спасут.

Давать новый кредит Кипру — это может не устроить тройку, потому что тройка заявила, что нынешний госдолг Кипра почти и так уже 60% ВВП, и больше 10 млрд его нельзя увеличивать, потому что он превысит границу безопасности. Поэтому российским властям остается только наблюдать и ждать, что будет происходить.

— Давайте тогда к самому интересному для тех, у кого на Кипре есть серьезные счета. Надо ли им всячески пытаться быстрее вывести эти средства или их можно там оставить?

— Сегодня никакие средства с Кипра вывести невозможно. На Кипре банковские каникулы, и это означает, что банки не работают, поручения клиентов на перевод денег не выполняют. Последняя информация, которая приходит с Кипра, что Кипр всерьез обсуждает ограничения на движение капиталов, но это и есть та же самая свобода депозитов, распоряжение депозитами.

Но, честно говоря, меня сильно удивляют люди, которые доверяли кипрским финансовым институтам так сильно, там, то ли на 18 млрд евро, то ли на 25.

— А нет ли у вас данных, не доверяло ли наше государство кипрским банкам?

— Насколько мне известно, ни ЦБ, ни тем более Минфин денег на Кипре не держат, потому что кипрские банки не проходят по минимальным рейтингам надежности. А то, что российские компании и госкомпании держат деньги на Кипре, это известно.

У ВТБ там есть дочерний банк — «Русский коммерческий банк». Сегодня появились сообщения, что счета физических лиц в этом банке составляют 3 млрд евро. Ну, понятно, что в «Русском коммерческом банке» наверняка деньги держат не киприоты и не англичане.

— В «Русском коммерческом банке» деньги тоже заморожены или нет?

— Да, конечно. «Русский коммерческий банк» — кипрский резидент, на него распространяются все те же самые ограничения, что и на других. ВТБ активно обслуживает там кучу госкомпаний, начиная от оборонного сектора и кончая сельским хозяйством. И, конечно, там кто-то из них наверняка мог участвовать в различных схемах, связанных с покупкой активов, с продажей активов, организацией холдингов, и там могли застрять деньги.

— То есть ОПК там мог вести какие-то расчеты через Кипр. Кто еще?

— ТЭК мог вести. Нефть, газ.

— В том числе и такие госкомпании, как «Роснефть», «Газпром»?

— А почему вы считаете, что госкомпании чем-то отличаются от частных?

— Могли какие-то деньги этих госкомпаний зависнуть на этих кипрских счетах?

— Вы посмотрите, по состоянию на сегодня, все деньги, любые деньги — госкомпаний, не госкомпаний, физических лиц, государств, правительств, Центральных банков, все деньги, которые есть на Кипре — зависли.

Кипрские банки не работают. Никто не может использовать ни одного евроцента своих денег, находящихся на Кипре, ну, за исключением населения, которое может иногда через банкоматы иногда взять какие-то суммы.

— По данным кипрского ЦБ, 18 млрд — это российские деньги, замороженные на Кипре. Можете какую-то пропорцию составить примерно, сколько из них госкомпаний, сколько частных компаний?

— Конечно, я не могу, потому что у меня нет доступа к информации по каждому банку, но я не очень сильно даже доверяю вот этой информации кипрского ЦБ, потому что, например, сегодня в «Ведомостях» было интервью председателя ЦБ Кипра, и он говорил, что объем российских денег от 4 до 10 млрд евро. Сейчас уже 18. Я делал свои оценки, у меня получается, что российских, с украинскими и казахскими деньгами может быть до 35 млрд евро.

— Очень интересное предложение сделал сегодня премьер Медведев, он предложил создать офшор на Сахалине или Курилах, куда бы могли с Кипра деньги перетечь. Вы как к этому относитесь?

— Это все зависит от того, что премьер Медведев вкладывает в понятие «оффшор». Если он в это понятие вкладывает просто физический остров, то вряд ли остров в Охотском море вызовет доверие инвесторов. Если он создаст там остров, где будет действовать английское право, где не будут действовать российские правоохранительные органы, а высшим судом будет Высший суд Лондона, ну, я бы ему посоветовал создать такой остров, ну, в пределах Третьего транспортного кольца.

— У нас уже были офшоры где-то в Калмыкии. Но этого опыта оказалось недостаточно или можно сделать какие-то хорошие офшоры?

— В Калмыкии существовал налоговый офшор. То есть там налоговые ставки были существенно ниже, чем на остальной территории РФ. Я же говорю об офшоре, где не будет действовать российское законодательство, а где будет действовать английское право и английская правоохранительная система. Это немножечко другая система. Там ставки налогов могут быть точно такими же, они могут быть даже чуть повыше. Мне кажется, что главное для чего использовался Кипр российскими компаниями, это защита прав собственности, это построение структур собственности. И, собственно, для этого проводить деньги через Кипр совсем необязательно.

Вы знаете, вопрос доверия или недоверия проверяется только практикой. Если в пределах Садового кольца будет существовать английское право, я готов поверить, что через какое-то время Садовому кольцу будут доверять.

«Я бы сказал, что второй раз наступать на те же грабли было бы опрометчиво»

Андрей Нечаев, президент банка «Российская финансовая корпорация», экс-министр экономики России, прокомментировал предложение премьера о создании оффшорной зоны на Дальнем Востоке: «Я так понимаю, что это предложение прозвучало экспромтом. Нужно, конечно, уточнить, что наш премьер имеет в виду. Если речь идет об офшорах для внешнего употребления, то предложение несколько экзотическое, но принципе возможное. Но единственное, на Сахалине нужно будет найти несколько десятков, а потом несколько сотен юристов, создать структуру регистраторов и так далее. Если речь идет о том, что там смогут открывать счета российские компании и там получать режим льготного налогообложения, то это мы действительно проходили в 90-е годы — начале нулевых. В конечном итоге это стало наносить гигантский ущерб российскому бюджету и постепенно эту практику свернули. Я бы сказал, что второй раз наступать на те же грабли было бы опрометчиво».